Правила игры Во что играем Полный список ролей Для вопросов гостей Помощь
· Участники · Активные темы · Все прочитано · Вернуться

МЫ ПЕРЕЕХАЛИ: http://anplay.f-rpg.ru/
  • Страница 1 из 1
  • 1
ФРПГ Золотые Сады » Архивы » Хроники локационной игры » Новое начало? (18 инлания 771 года Эпохи Солнца.)
Новое начало?
Автор Понедельник, 14 Июня 2010, 15:15 | Сообщение # 1
Сейчас: В неизвестности
Дата и время: с вечера 16 по 18 инлания 771 Э.С. С "прозрениями".
Месторасположение: повозка едущая из Генгера в Тэндорию. Затем Тэндория, больничная зона Купола, второй этаж.
Суть: вечером 16 инлания Блау решает отвезти некеор в больницу, потому что вопреки предположенной смерти, она все еще жива и походу даже немного приходит в себя. Всю дорогу Тит находится в бреду, нормально приходить в себя начинает только в Куполе, после лекарств и работы Шаилеи Бридж. Блау рядом не оказывается, по всей видимости доставив ее в больницу он вернулся домой.
Персонажи: Аскер Тит. Присоединять своих персонажей нельзя.
 
Автор Понедельник, 14 Июня 2010, 15:18 | Сообщение # 2
Сейчас: В неизвестности
Аскер не сразу поняла, что пришла в себя, потому как перед глазами то и дело плясали какие-то образы и силуэты, кто-то шумел, события сменялись слишком быстро и нереалистично, как и места, в которых они происходили. Все это больше было похоже на цепочку разномастных снов, часть которых могли бы претендовать на статус невероятно реалистичных, если бы не эти смены на другие образы, явно похожие на простые сны, нежели реальность. В большинстве из них была какая-то суета, кто-то куда-то бежал, а может и она бежала за кем-то, а потом выяснялось, что она уже давно убегает, потом проваливается сквозь землю, и вот, уже в каких-то пещерах, вроде бы даже с Себастьяном из распавшегося «Алюминуса». Потом оказалось, что это вовсе не он, а Зэн, только почему-то выглядящий куда более взрослым, как будто ему было как минимум лет тридцать, и вместе с ним она пробирается по каким-то подземным ходам. Сперва они походили больше на простые пещеры и уверенность в том, что ищут они что-то ценное, была велика, зато потом, когда коридоры преобразились и стали выглядеть как простые каменные, как в каком-нибудь древнем замке, появилась уверенность в том, что они наоборот пытаются выбраться из него. Шорохи, запахи, легкий ветер на лице из открытого окна, сияние звезд на ночном небе, что было видно за окнами, занавешенными полупрозрачными шторами, развевающимися на ветру – все это было настолько похоже на правду, что Тит, наверное, даже жестикулировала так же, как и во сне, лишь задней мыслью осознавая, что ощущения при этом несколько странные, как будто что-то мешает ей двигаться. А потом ей почему-то было нужно выпрыгнуть в окно, но едва она это сделала, откуда ни возьмись у замка появился густой лес и уверенность, что ей нужно идти в этот лес. А стоило в него ступить, как эта уверенность сменилась чувством тревоги и желанием найти соплеменников Шэс. Лес горел, животные бежали прочь от огня, птицы тучами летели в противоположную от столпа дыма сторону, а огонь где-то впереди пожирал природное достояние, называемое некеорами «домом». До уха долетали не только крики животных и птиц, но и других Шэс, зовущих на помощь, ищущих близких, либо просто какие-то бессвязные крики, словно яростные. И Аскер бежала на яркие вспышки пожара и эти крики, но чем быстрее она бежала, тем быстрее от нее отдалялась ее цель, словно она бежала в другую сторону. А потом все исчезло – и пожар, и крики, стало очень тихо, словно лес мгновенно умер, даже шелеста листвы не было слышно, а через пару шагов лес резко закончился, выведя девушку на поляну с высокой травой. Внизу, в свете двух Лун и звезд, светилось крупное озеро, до боли знакомое. Приглядевшись, Аскер даже увидела у самой воды кого-то – черных силуэтов было двое, похоже, они разговаривали, а потом один из них направился прочь. И вдруг снова, как будто кто-то отмотал события назад. Вновь разговор, вновь те же самые жесты, резкий взмах рукой и один из силуэтов идет прочь. Вспышка. Две темные фигуры стоят друг напротив друга, на фоне отражающей звезды озерной глади, разговаривают, но тут одна из них резко вскидывает руку, в ней видно какой-то предмет, похожий на плащ, и идет прочь. Вспышка. Снова. Все то же самое. И опять вспышка, и вновь те же две фигуры… казалось, это никогда не закончится. Аскер посмотрела назад, желая увидеть лес, но увидела лишь узкую комнатку, в которой сидела на стуле. Нет, не комната. Больше похоже на кабинку повозки, дилижанса. Позади уже не было озера, спину грела спинка жестковатого сидения, сидение впереди было пустым. Странно, ведь это была та самая повозка, в которой она ехала с Каилом, почему его здесь нет. Странное волнение сжало сердце, заставив отодвинуть шторку и выглянуть в окошко. Белоснежное поле, заснеженная равнина, ровнее и белее любого листа дорогой бумаги, лежащего на столе. И легкий снегопад. Одно движение руки и дверь дилижанса распахнулась, выпуская наружу, позволяя холодному воздуху облепить горячую кожу на лице. Почему горячую? Странно, Аскер только сейчас заметила как горит ее тело, словно у нее был очень сильный жар, как при тяжелой болезни, но при этом она не чувствовала себя плохо. Снаружи было довольно холодно и только сейчас пришло осознание того, что на ней практически ничего не надето, разве что на плечи накинута знакомая пушистая накидка, по своей белизне не уступающая снегу. Из-за снега и падающих с неба снежных хлопьев было сложно определить, где на горизонте заканчивается земля и начинается небо. Пожалуй, единственным темным пятном на этой белизне была сама Аскер, да и то, если не брать во внимание ее накидку, потому как при попытке посмотреть, сколько она прошла от повозки, самой повозки не обнаружилось. Некеор босыми ногами ступала по холодному снегу, который моментально таял под горячими ступнями, причем настолько, что после под ней была видна земля, из которой пробивались и быстро вырастали какие-то мелкие растения. Как будто она отдавала часть своей жизни этой земле, помогая живому на ней сохранить свою жизнь под этим снегом. Больше не появлялось никаких желаний или уверенности в своих действиях, она была словно выброшена на край света и предоставлена самой себе. Куда ей нужно было идти, она не знала, даже не знала и того, куда она могла бы пойти. Она просто шла, чувствуя одновременно и жар тела, тот огонь, что полыхал внутри, и невероятный холод, что царил снаружи, который обволакивал ее и причинял боль. Вскоре она перестала чувствовать что-либо, но ноги наверняка опухли и дико болели от долгой ходьбы по снегу. Темные волосы уже были присыпаны снежными хлопьями, а потому было уже затруднительно сказать, где же начинается накидка. Казалось, если бы снег не таял на коже, то и она бы уже побелела, заставив пропасть с белого полотна единственную темную точку, являющуюся доказательством собственного существования в этом белом мире. Но чем дольше некеор шла вперед, тем медленнее становились ее шаги, а когда она все же устала настолько, что споткнулась на ровном месте и упала в снег, сил на то чтобы подняться уже не было. Лежа на белой перине, укрытая белым одеялом, которые можно бы было назвать могилой, девушка и думала о том, что это конец ее пути. Она неосмотрительно выбирала путь, а потому он привел ее в это место, и оно принесло ей гибель. Взгляд серых глаз устало смотрел куда-то вперед, в одну точку, а изо рта уже практически не вырывалось никакого пара. Бесконечная белая пустыня, холодная пустыня... холодный ад… белая смерть… а затем темнота.

Вечность в темноте и тишине казалась странной. Словно прошло уже очень много времени, но в то же время словно минуло всего несколько минут. Она словно где-то застряла, потеряв счет времени. А может, именно так и выглядит смерть? Ни чувств, ни желаний, ни страха, ни боли… совсем ничего. Но почему-то кроме вопросов. Почему она думает об этом? Разве после смерти можно думать? Или все-таки можно? А что если она теперь будет думать и захочет вернуться обратно, что если это чувство нереальности пропадет, и она начнет сходить с ума от этой бесконечной темноты и тишины? У нее даже не было тела, она не видела свою руку, пусть и не чувствовала, что подняла ее, а просто захотела этого. А она вообще двигалась? Или просто смотрела вперед? А ее глаза, они закрыты или нет? А что если они закрыты, и она сейчас лежит где-нибудь? Но тогда почему она ничего не слышит и не чувствует? Как бы сейчас хотелось посмотреть на себя, хотя бы на руки, даже на те черные пятна. Интересно, после смерти они прошли или нет? И почему не получается ничего сделать, но получается думать обо всем этом? Как-то это не очень правильно. И даже странно, нынешнее положение совершенно не пугало, ну просто совсем. В голову стали лезть мысли о том, что неплохо бы сейчас выпить чего-нибудь покрепче или съесть чего-то. Чувства голода она не чувствовала, но вот как будто знала, что он был или должен бы быть. А съесть… лучше мяса, конечно, а то она уже забыла, какое оно на вкус. Эта мысль заставила нахмуриться, по крайней мере, было такое ощущение, что она это сделала. Действительно, она не помнила вкус мяса… и хлеба тоже не очень припоминала… как и еще много чего. Может быть, после смерти такие вещи забываются, чтобы не искушали вот в такие вот моменты? Ну, может и так, не стоит тогда об этом думать, толку-то никакого, раз даже не знаешь вкус того, о чем мечтаешь. В голову полезли мысли о том, как же она умерла, когда именно и исполнил ли уже Блау ее просьбу с захоронением в лесу. Или она до сих пор лежит в той кровати? Помнится, она изрядно испачкала простынь тем черным гноем, который потек из пятен, перекинувшихся на бок, но она об этом не стала говорить. Она вообще ничего не говорила о своем состоянии, когда приходила в сознание, но помнится, ей было очень больно и плохо, правда самой боли она тоже не помнила. Но это как раз и было к лучшему, потому как помнить боль – не самая лучшая вещь, тем более, если знаешь, что она была настолько сильной, что темнело перед глазами. И все же, где она сейчас? Все еще в гостинице или уже в земле? А может, Блау и вовсе не стал ничего делать, а просто бросил ее там, а ее выбросили на улицу? Кто знает этих северян, а Каил… почему-то ей казалось, что он способен на такое, при этом в данной ситуации все же так поступать не стал бы. И откуда такая почти уверенность? Только потому, что он говорил, что сделает так, как она просит, только потому, что он пообещал? И когда она стала такой доверчивой? Или она просто чувствовала что-то, что давало эту уверенность? Не сейчас, а тогда, когда она еще была жива, а память этого чувства просто сохранилась потому, как сейчас она вообще ничего не чувствовала. Наверное, и хорошо, иначе бы все эти раздумья вызывали бы бурю эмоций, а из этих эмоций выплывали бы новые мысли, порой даже абсурдные… за всем этим Тит не заметила, как темнота вокруг стала гуще, а потом все мысли и чувства разом пропали.

 
Автор Понедельник, 14 Июня 2010, 15:22 | Сообщение # 3
Сейчас: В неизвестности
Идиллия, полное умиротворение и спокойствие… все это было нарушено как-то слишком резко, и именно это дало Аскер понять, что все, что было ранее – всего лишь сон, болезненный бред. А ведь как было реалистично, она даже поверила в то, что умерла…
- Белый Волк?.. – вдруг раздалось где-то совсем рядом. Голос был незнакомый, женский, в нем отчетливо было слышно удивление и легкое недоверие.
- …нашли …чти мертвым в …лых Землях…
Некеор нахмурилась, не рискуя открывать глаза, потому что даже с закрытыми чувствовала, как начала кружиться голова. Она словно находилась в бесконечном падении, хотя руками уже нащупала мягкую ткань простыни, на которой она лежала. Слова долетали до нее обрывками, словно часть их застревала в какой-то сетке между ней и говорящими.
- …снегу, лежал уже …твый… почти пр…шли ...имо.
- Повезло, что…
- …да.
Даже этот случайно услышанный разговор, явно незнакомых людей, но дал понять о том, что Аскер по-прежнему находится где-то в Тэлойе, возможно даже там, где была последний раз. А где это было?..
- Чт..?
Легкое шуршание и чувство того, что на лицо легла чья-то тень.
- Что-т… сказала… все… позови …идж.
Почему на нее обратили внимание? Что-то случилось? Или они ее только заметили? Где она?..
- …ы в Куп…ле.
Купле? Куполе? Что такое Купол? Ах да, больница в том городе… как же его… Тэндор? Тэндорий?..
Аскер попыталась приоткрыть глаза, но едва темноту прорезала тонкая полоска света, голова закружилась пуще прежнего, и все померкло, вновь отталкивая в небытие.

Аскер уже вторую минуту разглядывала белый потолок, продолжая щуриться, как и пару минут назад, когда едва проснулась. Комната выглядела вполне обычно и мало изменилась с прошлого раза: небольшая, с одной кроватью, по обустройству больше напоминала отдельную палату в госпитале, в которую обычно клали каких-нибудь важных персон, чтобы им не приходилось ютиться на лежанке в общем зале. Она уже просыпалась раньше, поэтому вид комнаты на этот раз не вызывал особого внимания к себе. В прошлый раз получилось проснуться, когда рядом была дежурная медсестра, которая тут же осмотрела девушку на наличие адекватности, потому как внешний вид, как она поняла, об этом не очень свидетельствовал. Ее осмотрели, напоили каким-то лекарством, после которого она моментально уснула, а проснулась только сейчас, с мыслью о том, что в прошлый раз с ней обращались так, словно ее и не было там, как будто она была каким-то предметом. Это было неприятно, а потому в этот раз хотелось, чтобы хоть несколько минут можно было полежать без чьего-либо присутствия в комнате. Разглядывание потолка сменилось разглядыванием собственных рук, вернее одной руки, которую удалось достать из-под одеяла. Надо сказать, задача эта была не из легких, потому что тело практически не слушалось и как будто весило несколько тонн, включая ту же руку, которая была очень тяжелой. К тому моменту как удалось ее достать и положить на одеяло, Аскер уже успела устать и сбиться с дыхания, которое и так было слабым. Когда же первая усталость прошла, она заставила себя посмотреть на ладонь, уже готовясь увидеть черные болезненные пятна. «Что?! Их нет?!» - пронеслось в голове, после чего рука рухнула на одеяло, голова закружилась пуще волчка, а сознание мгновенно померкло.

 
Автор Пятница, 30 Сентября 2011, 14:20 | Сообщение # 4
Сейчас: В неизвестности
23 инлания 771 года.

Лежа в кровати, Аскер вспоминала, а вернее пыталась припомнить, события последних нескольких дней. Она помнила то, что Блау нанял ее для поисков какого-то человека в городе на востоке, начинающегося на «Э», но не помнила, добрались ли они туда или нет. Последнее, что она помнила два дня назад – это какая-то деревня, в которой они остановились и узнали что-то важное, но что именно – она не помнила и по сей день. Вчера же ей вспомнилось, что они были в каком-то горном городке, кажется, шахтерском, и даже, кажется, нашли там этого человека, которого Блау так искал. В памяти очень четко отпечатался какой-то неприятный запах, похожий на запах гниющего тела. Пришлось изрядно поднапрячь память, чтобы вспомнить, что это был запах из лазарета, недалеко от самих шахт, кажется, там были какие-то проблемы с рабочими. А после этого ее сознание словно серпом рассекли. В памяти была только кровать и деревянный потолок, и… сам Блау, смотрящий на нее какими-то слишком грустными глазами. Он был уверен, что она умирает. Она и сама была в этом уверена. А потом было забытье, беспорядочные сновидения, постоянный жар, окутывающий все тело и женский голос, который Аскер помнила достаточно отчетливо, в отличие от слов. Ее словно подняло куда-то вверх, немного потрясло, а затем вновь опустило. А затем была эта комната. Палата Купола, в Тэндории, столице королевства северян.
«Какой черт вообще погнал меня сюда», - уже в который раз задавалась этим вопросом девушка. Ей стало невероятно тоскливо от мысли, что вроде бы совсем недавно все было не так уж и плохо. Она была с Алюминусом, и пусть дело с покупкой своего домика прогорело и ее подставили, а вернее сказать попросту накололи, все было не так уж и плохо. По сравнению с тем, что окружало ее сейчас, с тем, что ей предстояло. Стоило об этом задуматься – начинало проклевываться чувство вины. И тоска по алюминусцам и былым временам. Сейчас бы она дорого бы заплатила за то, чтобы увидеть хоть кого-нибудь из них. Шайса, Дьяка, Себастьяна и… Зэна. Интересно, где он сейчас? Ведь он лежал где-то в Куполе, поправился ли он? А если да, то что он подумал, когда увидел оставленный ему сувенир? Разозлился ли он, что она ушла, не попрощавшись с ним лично? Или расстроился? Стал ли он ее ненавидеть?
Все эти вопросы заставляли вспомнить о том, что произошло за последние дни в отношениях с Блау. Сейчас, лежа в кровати и вспоминая отдельные моменты их общения, Аскер чувствовала огромное сожаление. Сожаление от того, что позволила всему этому так далеко зайти. Потому что теперь она об этом думала и эти мысли разрывали ее голову на части. Постоянное ощущение вины и собственной никчемности было настолько сильным, мощным, что хотелось забраться на потолок от желания убежать куда-нибудь, туда, где этого чувства не будет. Казалось, что она уже не могла стать хуже, чем была. Бросив всех, кто ее любил или волновался о ней, она вспомнила о них лишь оказавшись в шаге от смерти. Какой же это был эгоизм, какое бесчестие! Как она до такого докатилась? Ведь совсем недавно все было иначе! Посмотри она месяц назад на себя нынешнюю, она бы плюнула себе в лицо от отвращения. А сейчас она просто лежит и ноет. Как тогда, когда ее не самым лучшим образом вытурили из военной академии. Когда эти малолетние новобранцы запихнули ее в мешок, закидали камнями, а потом… изнасиловали, дав ей ребенка. От которого она была вынуждена избавиться, чтобы не обрекать ее на такое же никчемное существование, что вела она сама. И самое ужасное было в том, что она не хотела рожать ребенка после такого союза, который навсегда отпечатался в ее памяти лишь болью и страданиями, чувством полнейшего унижения и стыда. Когда над ней смеялись, когда первым мужчиной для нее стал тот проклятый солдат… она ненавидела себя за то, что не хотела этого ребенка, при этом умудряясь чувствовать к нему материнские чувства, которые она пыталась заглушить в себе. Да, она избавилась от него и была наказана за это. Больше она не смогла бы иметь детей и, возможно, это было к лучшему. Она была не такой как все, в ней текла кровь Белого Волка, а такому нельзя давать распространяться, она не могла позволить ребенку страдать так же, как страдала сама. И она не хотела увидеть его смерть от проклятья, от которого теперь страдала сама. Как бы эгоистично и ужасно это не звучало… но она спасла этого ребенка. Он не увидел этот ужасный мир, он не мучился ни единой минуты от проклятья своей матери, он просто… перестал существовать еще не начав это делать. Он не мог мыслить, не мог чувствовать – и поэтому было легко говорить себе об этом в качестве оправдания за этот поступок. Но чем больше времени проходило, тем больнее становилось от мысли, что это дитя, пусть и являясь частью людской, гнусной и мерзкой, было всего лишь маленьким комочком жизни, которую Тит загубила. Но после этого она вновь вспоминала о Белом Волке и чувство вины становилось как будто слабее, заглушаясь уверенностью в том, что она поступила верно. Она не смогла бы дать этому ребенку нормальное будущее, а родители бы… как бы они отреагировали на то, что их единственная дочь, ушедшая из племени из-за крови Волка, принесла в своем чреве выродка? Пусть с ними у Аскер всегда были хорошие отношения, но даже она не могла предположить, какой будет реакция родных. Слишком много проблем она принесла им в свое время, чтобы теперь перекладывать на них такую ответственность. Именно поэтому она им ничего не рассказала об этом.
И теперь похожее чувство вины терзало ее когда она вспоминала о Зэне. Она много наговорила ему из того, чего не следовало бы. Возможно и к лучшему, если он ушел, не найдя ее. Она была недостойна для того, чтобы находиться с кем-то из Алюминуса. Даже они, занимаясь своими порой не самыми законными делами, были честнее и лучше ее самой во много раз. И даже Блау, который по словам Шаилеи, что заходила вчера вечером, доставил ее сюда, даже несмотря на то, что после этого он не наведывался к ней, вероятно считая, что она уже мертва.
Вздохнув, Аскер натянула одеяло на лицо. «Всего лишь еще один день», - сказала она себе, вспомнив, что Бридж обещала объяснить, куда пропали черные пятна проклятья с ее тела. Но Тит словно и не хотела ускорить процесс ожидания, нет. Ведь это будет означать, что после этого она выйдет отсюда и вновь будет предоставлена сама себе. А ей так надоело быть самостоятельной…
 
ФРПГ Золотые Сады » Архивы » Хроники локационной игры » Новое начало? (18 инлания 771 года Эпохи Солнца.)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:
Чат и обновленные темы

  • Цепляясь за струны (21 | Марк)
  • Абигайль Брукс (0 | Эбби)
  • Девушка с краской (17 | Марк)
  • Грязные руки (4 | Марк)
  • Дурацкие принципы (4 | Марк)
  • Давно не виделись, засранец (43 | Марк)
  • Скандальная премьера (5 | Эфсар)
  • Ингрид Дейвис (1 | Автор)
  • Хроники игры (2 | Автор)
  • Разговоры и краска (1 | Марк)
  • Бередя душу (3 | Марк)
  • Сердце картины (0 | Эстебан)
  • Я назову тебя Моной (29 | Джейлан)
  • Осколки нашей жизни (5 | Марк)
  • Резхен Эрлезен-Лебхафт (1 | Автор)
  • Первая и последняя просьба (4 | Марк)
  • Эль Ррейз (18 | Автор)
  • Задохнись болью, Вьера (2 | Марк)
  • Ты любишь страдания, Инструктор? (5 | Марк)