Правила игры Во что играем Полный список ролей Для вопросов гостей Помощь
· Участники · Активные темы · Все прочитано · Вернуться

МЫ ПЕРЕЕХАЛИ: http://anplay.f-rpg.ru/
Страница 1 из 11
ФРПГ Золотые Сады » Архивы » Архивы анкет и СЛ » Мэррсез О'Лэндхард (мертв) (Исфири, первый принц)
Мэррсез О'Лэндхард (мертв)
Мэррсез Вторник, 23 Ноябрь 2010, 19:15 | Сообщение # 1





Досье.


1. Полное имя.
Сэр Мэррсез О'Лэндхард, первый принц Сфирийский, Великий Магистр Ордена Великомученика Инджина
1.1. Герб семьи.
Черный полумесяц на бежевом фоне с широкими и щербатыми с наружной стороны «рожками», больше похожими на сросшиеся крылья, обращенными вверх. Внутри между ними, у самого основания покоится черная жемчужина.
Девиз: «В вечность через единство»

2. Раса и возраст.
Исфири
Возраст 273 года. Рожден 9 Оклирия 497 года эпохи Солнца под созвездием Волка. По человеческим меркам выглядит лет на 25-30.

3. Внешность.
Принц вышел внешностью в своего отца – тот же рост и стать. Одним лишь своим видом он излучает гармонию и силу. Рост Мэррсеза 185 см, но сам он далеко не массивен – вес не превышает 80 кг. У него узкие бедра и сильные стройные ноги, плечи и грудная клетка Мэррсеза заметно развиты, однако в связи с расовыми особенностями его фигура скорее сухощавая и подтянутая, чем умеренно атлетическая. Трицепсы и бицепсы не самые внушительные, если сравнить их с мускулатурой представителями других народов; тем не менее в руках и ногах принца кроются немалые силы. Вообще мускулатура тела выражена не очень сильно, но ее достаточно, чтобы превосходно выглядеть и быть готовым к любым неблагоприятным ситуациям. У Мэррсеза светлая кожа, треугольное лицо с мягкими чертами, плавно сужающееся книзу. Прямой нос средней длины, не длинный и не маленький, рот невыразительный, с бледными тонкими губами. Зубы белые, ровные. Лицом он олицетворял бы мудрого ангела, если бы не извечно мрачный и серьезный вид. Глаза серые, взгляд обычно недобрый, вдумчивый и проницательный. «Недобрым» взгляд делают тонкие брови темно-сиреневого цвета, плавно изогнутые к переносице, отчего кажется, будто принц постоянно хмурится. Волосы светлые, на свету отливают бледно-сиреневым оттенком, средней длины, тонкие, часто слегка спутанные. В одежде принц предпочитает удобные мундиры, длиннополые одеяния с воротником-стойкой, или же легкую броню, не стесняющую движения. Часто носит перчатки.
Первый принц не расстается с фамильным серебряным перстнем с черным прямоугольным камнем, который Мэррсез с молчаливого согласия матери присвоил себе после смерти отца. Это единственное украшение, которое он себе позволяет. Носит перстень на безымянном пальце правой руки.
Двигается быстрыми, но плавными движениями. Его действиям не свойственна спешка, равно как и чрезмерная медлительность. Мэррсез умет проникновенно говорить, так, чтобы заинтересовать слушателей, он умело использует свой внятный и приятный слуху негромкий голос, однако без ярко выраженных наклонностей в том, как говорить конкретно.
3.1. Отличительные черты.
-

4. Характер.
Мэррсез один из немногих исфири, отличающихся своим характером от подавляющего большинства представителей этого народа. У него сложная, двойственная натура, сформировавшаяся за относительно короткий срок и базирующаяся на мировоззрении принца и его интеллекте.
Он неприятен в общении, замкнут и немногословен, скуп на эмоции и проявление настоящих благожелательных чувств к кому-либо. Принц хорошо осведомлен по многим вопросам в тех областях, которым он обучался, но с ним нелегко наладить контакт даже на его излюбленные темы. Обладающий лидерскими качествами, решительный и упрямый, Мэррсез прекрасный командир, бесстрашный воин и верный компаньон, но из него отвратительный друг. Его сложно посчитать дружелюбным и открытым, особенно тем, кто впервые имеет с ним дело или же недостаточно хорошо знает первого принца. Дружить с ним можно, но это трудно. Его сложно вывести из себя, и он не реагирует на провокации до тех пор, пока его терпение не преисполнится, но если это все же случится, принц будет способен унизить и оскорбить в ответ обидчика, не посчитавшись с его титулом и привилегиями. Мэррсез не любит пустую болтовню, шум и веселье – как ничто другое он ценит покой и тишину. Ему отвратительно общество чересчур молодых и самоуверенных; Мэррсез не переваривает чтение моралей и поучения, считая себя достаточно самостоятельным и умным. Стать его врагом очень просто: достаточно дать понять Мэррсезу, что на него давят или пытаются склонить на чью-либо сторону, дабы получить выгоду. Натуре принца присуще хладнокровие, которое в некоторых ситуациях может спасти жизнь, но в большинстве случаев оно несколько неуместно. Он жесток и склонен к насилию. Мэррсез твердо уверен в том, что у большинства исфири вдоволь силы духа, дарованной Священной Матерью, но не хватает выдержки для того, чтобы задействовать ее – силу - в полной мере. Принц склонен к радикальным и грубым разрешениям большинства проблем, стоящих на пути у Сфирии на пути к светлому будущему.
Мэррсез бесстрашен перед любым врагом. Даже свою фобию перед магическим потенциалом противника он способен перебороть практически без колебаний, если этого требует дело. С собственными страхами он на короткой ноге, он привык к ним, как привыкают к вынужденному дискомфорту, и поэтому принц не повернет от намеченной цели в решающий момент.
Вместе с этим Мэррсезу не чуждо благородство и милосердие. Выросший в роскоши и богатстве принц не ценит дорогие безделушки и золото, поэтому его прислуга и те, кто тем или иным способом заслужил его милость или благодарность, получают щедрое материальное вознаграждение за свои труды. Мэррсез признает свои ошибки и промахи. Он трезво смотрит на мир, стараясь поступать не так, как велит сердце, а опираясь на то, что он называет и считает «справедливостью». Мэррсез честен и благороден, однако его излишнее показное высокомерие порой сильно портит общее впечатление о нем.
4.1. Религия, отношение к правительству, другим расам.
Принц в меру религиозен, и больше сказать на этот счет нечего. Он не фанатик и не отступник, сомневающийся в правдивости древних догматов. Принц целиком и полностью разделяет религиозные взгляды других исфири.
Мэррсез лоялен и к власти. Он верен своей присяге и королеве, но если быть предельно откровенным, принц больше предан народу и королевству, чем самой королеве Эшне.
К остальным расам Мэррсез относится одинаково плохо. Возможно, отчасти это связанно с тем, что сам Мэррсез за свою жизнь ни разу не покидал пределы Сфирии и мало общался с представителями иных рас и теперь маловероятно, что его слабо выраженную ксенофобию когда-нибудь удастся побороть. Мэррсез уверен, что чужие расы и их интересы, при пересечении с интересами Сфирии смогут повлечь за собой разрушение моральных устоев и древней культуры исфири, и поэтому он лишь приветствует политику полного нейтралитета. Он с тревогой наблюдает за ростом влияния и военной мощи Тэлойи, Блеймру и Син, считая, что именно человеческая раса в необозримом будущем может стать источником многих проблем для всей Терры. Принц не стремится к разрушению собственных стереотипов мышления касательно других народов, и его мировоззрение относительно этого вопроса прочно основано на теории, что разобщенные исфири слабы, но в своем едином духовном «божественном» облике они являют собой вселенский образ сверхсущества, возможно, на самом деле и являясь полноправной частью той сущности, которую именуют Святой Матерью. «Остальные расы – иные, чужые божественные сущности», так считает Мэррсез.
4.2. Интересы, хобби.
Мэррсез увлекается кулинарией, литературой и живописью. Ему доставляет удовольствие процесс создания какого-нибудь блюда или изысканного кушанья, и Мэррсез значительно преуспел в этом направлении, по праву способный считаться отличным кулинаром, но он не любит, когда его начинают упрашивать приготовить что-нибудь вкусненькое, даже если этот «кто-то» из близких родных.
С самого детства он посвящает немало времени и чтению самой разномастной литературы, начиная от беллетристики заканчивая научными трудами исфирийских и эльфийских писателей. Предпочтение отдает прозе. Что же касается живописи, то Мэррсез уделяет этому не слишком много времени из-за занятости другими делами или же отсутствия вдохновения. По мнению тех, кто видел произведения принца, это очень плохо: у Мэррсеза есть немалый талант. В работе предпочитает акварель. За все время увлечения живописью – а это более сотни лет – он написал всего лишь три десятка полотен, среди которых были только одни пейзажи и натюрморты. Все творения принца разошлись «с молотка» или были подарены родным без всяких выставок, галерей и прочего, так как интерес автора к своим же детищам моментально угасал в тот же момент, когда он, заканчивая работу, откладывал в сторону кисть.
Мэррсез со страстью отдается гимнастическим упражнениям и физическому совершенствованию. Как результат - мастерское фехтование тяжелым двуручником, ловкость и гибкость, отличная реакция и скорость движения, а так же недюжинная физическая сила, прекрасное здоровье и красивое тело.
Помимо этого Мэррсез увлекается заучиванием стихов авторов исфири и эльфов, после чего негромко, но с чувством декламирует их ближайшей стене\статуе\картине\столбу. Предается он этому действию, лишь пребывая в одиночестве, твердо уверенный в том, что его никто не застигнет за подобным занятием. По мнению принца это несколько глупо и поэтому он тщательно скрывает это хобби от остальных.
6.3. Манера вести себя на людях.
В общении с большинством своих соотечественников принц вежлив, холоден и сдержан. Мэррсез не кичится своим происхождением, но с первых же минут разговора с новым знакомым своей вежливостью и тоном недвусмысленно указывает на невидимую черту, служащую психологическим барьером от остальных, давая понять собеседнику, что соваться за эту черту лучше не следует. С первого взгляда может показаться, будто Мэррсеза постоянно гложут навязчивые мерзкие мысли, будто бы он чем-то раздражен или же находится в скверном расположении духа. Порой его поведение, которое можно охарактеризовать как «снисходительная вежливость» и немногословность можно счесть за высокомерие или же снобизм, и подобное подозрение не лишено своей доли правды. Мэррсез не скрывает своего холодного, почти что презрительного отношения к окружающим его персонам – наоборот, он считает должным сделать все необходимое, чтобы другие исфири почувствовали это.

5. Образование, род занятий.
Первый принц королевства Сфирия, Великий Магистр рыцарского ордена
Получил отличное образование в Сфере и военной академии. Принц в совершенстве обучен письму, чтению и счету, на протяжении всей своей жизни до сих пор он углубленно изучает историю, теологию, литературу, философию, математику и астрономию, на данный момент на разговорном уровне владеет эльфийским наречием и более продвинуто на всеобщем языке. Так же Мэррсез умеренно интересуется точными науками - физикой, химией, алгеброй, питает интерес к технике, военной тактике и стратегии.

6. Связи и репутация.
Не смотря на свою относительно долгую жизнь и деятельность, Мэррсез так и не обзавелся подобающим количеством связей с иными аристократами и дворянами отчасти из-за своего пренебрежительного отношения ко всему и вся. Он игнорирует тех, кто ему не интересен, и таких подавляющее большинство. В его хороших знакомых значатся несколько таких же одиноких дворян, знающих толк в тех же областях, в которых сведущ и Мэррсез. Он до сих пор поддерживает умеренно теплые, дружеские и уважительные отношения с учителями и наставниками, под присмотром которых он вырос и набрался сил и ума. Плюс ко всему он поверхностно знаком с множеством военных аристократов и отличившихся на службе солдат и рыцарей, конструкторами и инженерами в сфере строительства воздушного транспорта и разработке и создании огнестрельного типа оружия. Принц так же хорошо знаком с капитаном воздушного корабля «Серафим» и его экипажем. Он хорошо знает и ладит только лишь с другими рыцарями из своего Ордена, считая их своей второй семьей, но при этом соблюдая в общении с ними всю ту же холодную отстраненность.
Большинство исфири, знакомые с принцем не понаслышке, питают к нему те же чувства, что и он к ним. Репутация Мэррсеза при дворе и в широком кругу аристократии неважная, но его это мало заботит.
6.1. Семейные связи.
Королева Сфирии – родная тетя, Мэррсез преисполнен искреннего уважения к этой женщине. Он по-настоящему любит ее, однако свои чувства не показывает.
Любит и уважает свою матушку Эссалию, она одна из немногих, к чьим словам до сих пор прислушается Мэррсез.
К тете Тэш и ее мужу практически безразличен. Можно сказать, что Мэррсез принимает их родство как нечто должное, отделываясь все тем же вежливым уважением, который предусмотрен этикетом, не более. То же отношение и к кузену и обеим кузинам.
Только к сестре и брату Мэррсез относится по-настоящему тепло. Как старший брат, принц во всем ненавязчиво покровительствует им и заботится о них, считая это едва ли за свой долг перед государством.

7. Имущество во владении.
- покои в Сфере, дворце герцогини Эссалии.
- Замок Керхе. Находится на удалении в восемнадцать километров к северу от Аридии. Это древний замок, когда-то давно служивший заставой и наблюдательным пунктом. Мэррсез выбрал его в качестве своего пристанища исключительно по причине удаленности поместья от шумной столицы, в тоже самое время позволяя оставаться поблизости от Аридии. За относительно короткие сроки Мэррсез при помощи нанятых рабочих привел замок в порядок, обставив его по своему вкусу и последнему слову техники. Отличительной особенностью является и то, что Мэррсезу принадлежит только замок, а не близлежащие земли.
- покои в королевском дворце, всего три комнаты. Мэррсез негласно «прописан» там на правах первого принца, но появляется лишь погостить и отдохнуть. Это бывает крайне редко, в лучшем случае раз в несколько месяцев, и Мэррсез старается не задерживаться во дворце больше двух-трех дней.
- воздушный корабль «Серафим», первоначально был взят в аренду сроком на двадцать пять лет в 744 году, и по истечению этого срока аренда была продлена еще на двадцать пять лет. Мэррсез позволил совершить себе такое приобретение, понимая, что в дальнейшем ему, как Великому Магистру, потребуется нечто вроде мобильной базы для более удобного координирования действий Ордена, и в качестве воздушной штаб-квартиры. Это относительно небольшой корабль, один из флагманов воздушного флота Сфирии, служащий принцу в качестве временного жилья, вспомогательной базы и штаба для ордена, а так же как военный «авианосец», служащий для стыковки с другими кораблями и принятия на борт других мелких летательных аппаратов. Мэррсез довольно часто пользуется услугами «Серафима», совершая продолжительные путешествия по всей Сфирии.
- Стридор. Белоснежный транспорт с черным орнаментом на корпусе. Мэррсез был одним из первых, кто приобрел эту техническую новинку, и это одна из немногих вещей, которой Мэррсез по-настоящему дорожит.
7.1. Оружие и броня.
- двуручный меч. Это тяжелый и широкий булатный клинок с внушительным рикассо и двумя парами «зубов кабана», смотрящими вперед, и исключительно острым лезвием. Общая длина меча – 165 см, длина лезвия от гарды до кончика острия – 130 см, ширина лезвия одинакова почти по всей его длине – 12 см, вес меча 2 кг. Был создан Орденом Дев Алии, и на этом оружии лежат чары, позволяющие сохранять изумительную по остроте заточку и крепость клинка как можно дольше.
- кацбальгер. Вспомогательный ничем не примечательный меч для ближней схватки, длиной в 60 см ( булатный клинок - 40) и весом в 0,5 кг. Заточка лезвия исключает острие и предусматривает только нанесение рубящих ударов.
- Бежевое трехствольное ружье. Сработано по заказу, на рукояти с одной стороны имеет девиз и герб королевской семьи, и на другой – герб и девиз Ордена Инджина.
Комплект легкой пластинчатой брони чернильно-черного цвета. Плотно облегает тело, закрывая от шеи до запястий и икр, состоит из двух частей – «рубашки» и «штанов». Сработанная по принципу чешуи или более привычной кольчуги, состоящая из плотно подогнанных друг к другу фрагментов сариэлла разных форм, позволяющих сохранять прочность и гибкость этого одеяния в целом, броня такого рода дает хорошую защиту от скользящих ударов, стрел и арбалетных болтов. К этой броне прилагаются более тяжелые и массивные элементы защиты цвета слоновой кости. Включает в себя шлем, наплечники, поножи и поручи. Наплечники соединены между собой белой цепью, на которой на уровни груди висит круглый щиток с символом Ордена Великомученика Инджина. Все вместе позволяет сохранять легкость движений и дает неплохую защиту от неточных скользящих ударов холодного оружия с коротким лезвием в ближнем бою и неплохую от дистанционного оружия.

8. Биография.
Мэррсез родился ранним осенним утром в покоях герцогини Эссалии, в самом сердце дворца Сферы. Роды прошли легко и быстро, без каких-либо осложнений и эксцессов. Когда Мэррсез вырос, его мать рассказала ему, что тогда, сразу после родов, ее личная жрица, присутствовавшая при родах, в шутку заметила, что мальчик родился здоровым, появился на свет относительно тихо и спокойно, словно бы «он не желал привлечь к себе внимание. Ну, родился, ну и что такого?» Мэррсез получил свое мурлычаще-звенящее имя в честь деда своего отца, мрачного и немногословного герцога Мэррсеза Люферна Третьего, бывшего знаменитым полководцем и реформатором в эпоху Второго Пришествия.
В то раннее утро еще никто не подозревал, что и шутка жрицы, и данное при рождении имя словно бы сыграют в судьбе первого принца роковую роль.
Его мать – герцогиня Эссалия Каос О'Лэндхард, младшая сестра королевы Эшны и одна из самых влиятельнейших женщин королевства; отец Мэррсеза – Кэйнси Тримелл, самоуверенный и благодушный исфири, успешный негоциант и владелец четырех воздушных торговых кораблей в Доках Зардана. Как первенцу в семье герцогини, ему было уделено самое пристальное внимание. Маленький принц провел несколько жутковатых лет под полной опекой и заботой контингента нянюшек, который хоть и был небольшим, но заслуживал со стороны родителей полного доверия. Эссалия, до рождения сына не отличавшаяся паранойей, беспричинно боялась за Мэррсеза. На протяжении всего детства принцу довелось вынести пристальный контроль со стороны своих опекунов. Мэррсез воспринимал все это с ангельским терпением. Его первые учителя отмечали, что мальчик физически здоров, умеренно любопытен, но его спокойное отношение к окружающей его действительности, ужасающая молчаливость и нездоровое послушание старших несколько настораживает. А этот пристальный и немигающий взгляд, которым Мэррсез сам того не желая мог ввергнуть в легкую панику особо мнительную няньку? Все запреты и нравоучения Мэррсез воспринимал спокойно и без капризов. Возможно, в его сознании творилось нечто, что и впрямь способствовало подобному отношению, уже начав формировать его характер. Нехорошо так глазеть на людей? Ладно, не буду. Нельзя бегать по коридорам? Хорошо, так и быть. Нельзя забираться с ногами на кресло? Вот ведь и правда, зачем… Пора ложится спать? Не обещаю, но честно попробую. Порой его родители и те, кто отвечал за его воспитание и психическое развитие всерьез озадачивались подобным послушанием. Иногда подозревали, что принц-тихоня задумывает нечто грандиозное, наподобие побега из дворца. Целыми неделями с него не спускали глаз, но Мэррсез никуда не пропадал. Взрослые теряли терпение и вновь озадачивались разными безосновательными глупостями. Мэррсез же мрачно и терпеливо взирал на них снизу вверх своими огромными серыми глазами.
По достижению восьмилетнего возраста Мэррсез начал учиться. По решению Эссалии, которая в глубине души по-прежнему тревожилась за своего сына – отчасти и из-за его странного поведения – Мэррсез получил начальное образование во дворце. Принц не имел ничего против равно как и «школы на дому», так и самого процесса обучения. Ему нравилось учиться, и его первые учителя хвалили его за прилежность и упорство в освоении того или иного предмета. Именно в эту пору Мэррсез пристрастился к чтению и рисованию. Книги заменили ему друзей, ведь сверстников в Сфере было совсем немного, и большинство из них испытывали неловкое смущение в присутствии принца с его немногословностью и изучающим взглядом. Что же до рисования, то учитель изобразительных искусств имел долгую беседу с родителями по поводу просыпающегося таланта. Для мальчика, как начинающего художника, пейзажи получались диво какими сочными на краски. Впрочем, дальше увлечения и хобби потуги Мэррсеза в этом направлении так и не пошли. По достижению десятилетия, придворный психолог при помощи ряда нехитрых игр и тестов охарактеризовала Мэррсеза как умного и доброго мальчика. После этого родители вздохнули спокойней. Принц редко покидал пределы Сферы, выбираясь за пределы дворца вместе с родителями только по каким-либо большим праздникам, наподобие дня рождения герцогини или же дня рождения королевы. Город – а точнее центральный район Эсфера - не возбудил в нем интереса, равно как и вид огромной толпы исфири заставили его смутиться и застесняться.
Спустя два года двенадцатилетний Мэррсез впервые отправился в воздушное путешествие на личном корабле отца за пределы города, вместе с родителями и небольшой свитой посетив столицу Сфирии. К очередному дню рождения Эшны, Эссалия, наконец, решилась на подобный вояж за многие годы проведенные в своеобразном затворничестве. Прибытие семьи во дворец, величественный вид Аридии и торжества произвели на Мэррсеза определенное впечатление. Сам принц предстал перед глазами королевы Эшны, преподнеся ей свой подарок – большую акварель, изображающую пейзаж, вид с одной из башен дворца Сферы, одну из самых удачных работ маленького принца. Напомаженный и разодетый Мэррсез сильно волновался, но держался достойно перед взглядом королевы, которая впервые видела своего маленького племянника, о котором была наслышана. Разговор с королевой был коротким, и по его завершению у Эшны остались приятные впечатления о своем племяннике. Мэррсез же был обескуражен и несколько сбит с толку общением с королевой, хотя в тот момент воспринимать ее как родную тетю он так и не смог.
По достижению пятнадцатилетнего возраста Мэррсез определился с выбором профессии. Этим выбором он удивил свое окружение – кто бы мог подумать, что принц захочет начать военную карьеру. Слыша реплики подобного рода от родителей, Мэррсез молчал, понимая, что их ожидания слишком преувеличены. Он не собирался в ближайшем будущем планомерно получать высшее военное образование и целеустремленно скакать вверх с одного звания на другое. Академия могла дать ему духовное и физическое развитие, а так же создавать ту искусственную атмосферу повиновения и дисциплины, к которой принц уже привык.
Последовали годы возмужания и настоящего развития. Мэррсез целиком посвятил себя этому действу, понимая, что начинает по-настоящему формироваться как личность именно здесь, в стенах военной академии для аристократии Зардана.
Взрослеющий Мэррсез потерял счет годам. Они исчезли за плотным покровом однообразных дней, проведенных в однообразных упражнениях, после которых ломило все тело, исчезли в стенах аудиторий, растворившись за шуршанием страниц учебников и конспектов. Когда он очнулся от этого «забытья», ему было почти тридцать лет, он уже был физически силен и имел прекрасное представление о ходе ведения современных войн. В его теле уже струилась мощь, достойная его предка по отцовской линии от которого он унаследовал имя, а его солидный багаж знаний из гуманитарных и некоторых точных наук позволял Мэррсезу считаться хорошо образованным представителем древнего народа исфири.
В последующие полторы сотни лет принц провел на службе в армии. Гарнизон Зардана являлся одной из самых лучших и крупных военных баз в восточных землях Сфирии, и у Мэррсеза было достаточно времени и возможностей, чтобы закрепить свои навыки и продолжить неспешное развитие не только в области военного дела. Нельзя назвать подобный пласт времени чем-то увлекательным в биографии принца, но Мэррсез понимал, на что идет с самого начала. Служба не сахар, и ежедневная муштра и рутина не может считаться чем-то экстраординарным, будь ты хоть трижды принцем. Ему не делали скидок и не давали поблажек – в стенах академии Мэррсез был всего лишь солдатом, у которого в виду аристократического происхождения были хорошие шансы на более высокие звания, чем у обычных исфири. Единственное, что могло хоть как-то разнообразить службу – это учения, проводимые достаточно часто и с широким размахом. Примерно на время проведения первых учений, прошедших ранней весной 549 года, принц обнаружил у себя явные признаки агарофобии. Жить с этим было можно, и он поступил так, как поступал всю свою жизнь - не придал этому большое значение. Как и во время обучения в военной академии, Мэррсез продолжал практиковать фехтование с тяжелым двуручным клинком, отдав предпочтение именно этому оружию. Его тренером являлся Энрим Рикесс, старый солдат, чей образ значительно позже повлияет на определенный момент жизни Мэррсеза. В перерывах между тренировками Энрим рассказывал принцу истории из своей жизни, обучал новым приемам, раскрывая секреты старой, уже позабытой школы владения двуручным клинком. Из прочих наук, преподаваемых в академии, Мэррсез больше всего любил теорию тактики, которую преподавал отставной адмирал воздушного флота. Старый исфири умел говорить и рассказывать так, что даже Мэррсезу нравилось слушать этого преподавателя.
Дослужившись до звания капитана к своему двухсотлетию, Мэррсез решил, что пока с него достаточно. Военная карьера может и подождать, и он решил временно отойти от дел, ведущихся в гарнизоне и Зардане вообще. Принц пришел к выводу, что верной службой он заслужил себе отдых, и теперь время развеяться.
Он уехал из Зардана, решив окончательно покинуть родительское гнездо и жить самостоятельно. Целых четыре года Мэррсез неторопливо путешествовал по всей стране, проживая в фешенебельных отелях крупных городов. Его свиту составляли лишь несколько рыцарей и личный телохранитель – свою охрану Мэррсез выбирал себе сам, делая выбор на тех, кто не привык болтать и лишний раз мелькать перед глазами. В эту пору он выдавал себя за предпринимателя, лишь внешне похожего на принца Сфирии, понимая, что афишировать свое проживание в том или ином месте будет несколько неудобно и может создать проблемы и лишний шум. Принц жил на широкую ногу – ему принадлежали значительные сбережения, унаследованные им как полноценным членом семьи, Отец Мэррсеза, как крупный негоциант к тому времени, поспособствовал приобщению сына к бизнесу, в связи с чем каждые полгода курьер доставлял принцу определенную сумму денег, отошедшие принцу как процент от общего дохода. Отыскать путешествующего Мэррсеза было не просто, и чтобы упростить жизнь и работу курьеру, он сам в определенный срок отправлял в Зардан письмо с точным адресом собственного проживания на данный момент.
Наконец, Мэррсезу надоело крутиться все вокруг да около столицы, и он подыскал себе место для более менее постоянного жилья. Летом 701 года, выкупив у старого лорда замок Керхе, Мэррсез решительно взялся за реконструкцию древнего укрепления. Через полгода работы были закончены, и Мэррсез, до сего момента проживавший у королевы, как полноправный хозяин перебрался в свой личный замок. Он быстро нанял прислугу и наладил снабжение своего нового жилища раз в месяц всем необходимым. Здесь ему никто не мог мешать заниматься любимыми делами, и он вновь вернулся к своим увлечениям – чтению книг и физическому совершенствованию. Порой на него накатывало, и Мэррсез рисовал, запершись в дальних покоях подальше от немногочисленной прислуги и охраны.
Исправил(а) Мэррсез - Понедельник, 28 Февраль 2011, 15:38
 
Мэррсез Вторник, 23 Ноябрь 2010, 19:20 | Сообщение # 2





Именно здесь он попробовал свои первые шаги в кулинарном деле. Мэррсез, ранее никогда не интересовавшийся подобными вопросами, открыл в себе тягу к приготовлению пищи совершенно случайно. В один вечер в его замок были доставлены редкие продукты и деликатесы, и Мэррсез лично проследивший за их доставкой в кладовые и на кухню, задержался именно в последней, чтобы пронаблюдать за процессом приготовления. Через несколько дней принц снова объявился на кухне, подозвав несколько слуг он попросил показать ему приготовление несложного блюда, которое будет сегодня на ужин. Трудно было сказать, кто был больше заинтригован – повара или принц, но через какое-то время Мэррсез вызвался помочь под присмотром более опытных в этом деле специалистов. В течение последующих нескольких лет принц продолжал подобное обучение, время от времени объявляясь на кухне. К своему новому увлечению он относился скептически и с легким пренебрежением, однако процесс приготовления пищи ему нравился, и искренняя заинтересованность дала свои плоды. Через пять лет Мэррсез мог бы с успехом заменить одного из своих поваров на кухне, и порой он сам вызывался приготовить самому себе что-нибудь из уже «давно пройденного», или по свежему рецепту.
Изредка он выбирался в свет, совершая поездки в Аридию. Вид столицы вызывал у него смешанные чувства: ему нравился величественный и красивый город, сосредоточение силы и власти, но принц вместе с этим не видел в столице ничего, что он мог бы назвать близким себе по духу. Когда он прибыл сюда впервые, еще будучи ребенком, Аридия была для него чужим городом – таким она оставалась и до сих пор. Часто после таких прогулок Мэррсез вращался назад не в самом лучшем расположении духа.
Слухи о том, что на севере от столицы в древнем замке поселился принц, знаток военного дела, искусный фехтовальщик и племянник самой королевы, разлетелся по Аридии достаточно быстро в течение нескольких месяцев после переезда принца в замок - с зимы по лето 702 года. У Мэррсеза, отпраздновавшего минувшей осенью свое 204-летие, в этот период начали объявляться новые знакомые, кто искренне желал познакомиться с ним поближе. Поначалу его зазывали на светские рауты и балы, и если приглашение не казалось принцу чересчур отвратительным, он посещал и подобные мероприятия. Здесь он давал волю своему характеру, и спустя несколько месяцев его уже мало кто желал видеть на каких-либо приемах или встречах аристократов. Конечно, были и такие, кто был бы рад видеть его в любом случае и при любых обстоятельствах. Во дворце королевы его были рады видеть, так же как и в круге молодых аристократов, увлекающихся фехтованием и наслышанных о способностях принца, и готовые наплевать на его скверный нрав в пользу появления превосходного воина в своих рядах. Мэррсез не желал злоупотреблять гостеприимством этих исфири, предпочитая в прямом смысле отсиживаться за стенами своего укрепления и редко пересекаясь с кем-либо из хрупкого и непостоянного круга своих новых случайных знакомых. Порой ему становилось скучно, и он все же появлялся на званных вечерах, где предпочитал смотреть и слушать, и отделываться короткими фразами.
Мэррсез прожил в своем замке почти полвека, живя в свое удовольствие и лишь изредка позволяя себе выбраться за пределы замка, чтобы навестить родителей или просто развеется, попутешествовав по центральным регионам королевства по воздуху. Он так и не желал принять активное участие в политической жизни страны, предпочитая путь собственного духовного и физического развития.
Глубокой осенью 743 года до Мэррсеза доходят известия о том, что сразу два торговых воздушных корабля одной из компаний, принадлежащих его отцу, подверглись атаке воздушных пиратов. Один из кораблей был разрушен. Более того, в эту пору воздушные пираты стали более активно и смело действовать еще с самого лета. Мэррсез поразмыслил об этом и пришел к выводу, что с оседлой жизнью пора заканчивать и искать достойное применение всем своим навыкам и знаниям, на этот раз на деле. Случай с нападением на торговые корабли мог бы стать прекрасным стартом для куда более интересного и достойного занятия, чем тот образ жизни, который вел принц сейчас. Зимой 744 Мэррсез прибывает в Аридию и впервые просит королеву об аудиенции. На встрече с Эшной принц изъявляет желание помочь делом и внести в свой вклад в наведении порядка воздушном пространстве Сфирии. Спустя три дня Мэррсез был произведен в рыцари королевы, одновременно с этим получив согласие Эшны на предложение Мэррсеза о создании собственного рыцарского ордена, готового отстаивать интересы короны.
Мэррсез вернулся в замок, приступив к созданию собственной военной организации.
В течение года он лично рассматривал и отбирал кандидатуры на рыцарей Ордена, которому принц дал наименование великомученика Инджина. Он почерпнул древнее и малоизвестное сказание о солдате из теологической литературы. Инджин жил в Эпоху Зарождения, и история гласила, что он был в числе немногочисленной охраны нескольких жриц, совершавших путешествие по мелким деревням, чтобы излечить больных от эпидемии, бушевавшей в то время на юго-западе Сфирии. Ночью на их лагерь напала большая стая волков, и Инджин проявил самоотверженную храбрость, отвлекая на себя внимание зверей. Ценой собственной жизни ему удалось дать время другим солдатам и жрицам добраться до высокой скалы, куда волкам было не забраться. Мэррсезу понравилась эта история – самоотверженность, выполнение долга, плюс ко всему это сказание было старым и малоизвестным. В течение месяца он провел несколько встреч с Великими Магистрами других рыцарских орденов, а так же проконсультировался с высшими военными чинами Сфирии.
Первые рыцари вступили в орден уже в течение полугода. Мэррсез подошел к своим обязанностям с большим вниманием, изучая возможных кандидатов на рыцарские чины по их делам и заслугам, и при личной встрече. Его не волновали высокие должности и богатство своих новых подопечных. Мэррсезу были важные личные данные, характер и степень владения тем или иным оружием. Было лишь одно серьезное ограничение – Мэррсез решил не брать в орден женщин. Женщина-аристократ немедленно пошатнет то равенство, которое принц создал в рядах своих подчиненных. Орден Великомученика Инджина был создан на основе братства, но, тем не менее, большинство рыцарей, вступивших в Орден, были достаточно богаты и состоятельны. Их прельстила возможность служить на благо родине под предводительством непопулярного принца и в малоизвестном ордене, который носит и мало кому известное имя из стародавних времен. Мэррсез рассчитывал на ауру тайны и некой секретности своего детища, и в этом плане он не прогадал. Среди других искусных и богатых воинов под его руководством были и те, у кого не было с собой почти ничего. Мэррсез, отбирая уже не молодых солдат-исфири с дальних гарнизонов и фортов, вспоминал своего мастера Энрима, обучившего принца смертельным ударам и приемам с мечом. По своей сути и выдержке эти безызвестные и небогатые солдаты были похожи на старого мечника, как капля воды. К большому сожалению Мэррсеза, сам Энрим ответил вежливым отказом на письмо принца с приглашением вступить в Орден.
Пока Орден набирал силы, Мэррсез занялся следующим шагом, который заключался в аренде воздушного транспорта. Некоторые богатые рыцари из Ордена последовали его примеру, и в течение года в распоряжении Ордена были четыре небольших военных воздушных корабля. Флагманом этой маленькой флотилии являлся «Серафим», который облюбовал Мэррсез, относительно небольшой и красивый корабль, являющийся помесью комфортабельного прогулочного лайнера и воздушной базы для летающих досок.
Когда число рыцарей в Ордене достигло двадцати исфири, Мэррсез решил что пока временно закроет набор. После этого, в течение пяти лет Орден Великомученика Инджина патрулировал юго-западные границы Сфирии на своих воздушных судах. Именно эти районы королевства считались самыми опасными, ведь именно здесь воздушные пираты перехватывали торговые корабли, идущие в Ханну или из территорий эльфов в Сфирию. Мэррсез более семи раз ходил на абордаж пиратских кораблей; он и его рыцари выиграли семнадцать сражений. После этого в воздухе стало значительно тише; Мэррсез и его Орден распугали всех желающих пограбить и после годового перерыва перебрались на юго-запад, продолжив целенаправленно искать пиратов. В ту пору череда побед была омрачена лишь известиями о гибели короля и отца Мэррсеза. Принц стоически вынес эту новость, решив, что не будет возвращаться в столицу к похоронам, пока не закончит свою экспедицию. В 752 году Орден окончательно возвращается в Аридию. Мэррсез уверен, что пираты разбиты и вернутся на воздушные торговые пути очень не скоро. Посетив могилы отца и короля в Святом Саду, принц наотрез отказался от каких-либо наград за проделанную работу, но пожелал, чтобы были достойно награждены его последователи. Однако спустя несколько дней после его возвращения в замок Керхе, из столицы Мэррсезу пришел подарок от самой королевы – шикарное бежевое трехствольное ружье. Принц с удовольствием предался отстрелу пустых бутылок.
Последние несколько лет прошли для принца спокойно. Мэррсез продолжал жить в своем замке, изредка собирая членов Ордена для очередной небольшой «воздушной прогулки» и патрулирования определенных территорий, выбираемых наугад или же по жалобам от коммерсантов или владельцев лайнеров на вероятное присутствие пиратов. Он так и не решился продолжить набирать рыцарей под свое начало, посчитав, что если бы хотел командовать по-настоящему, то уже давно набрал бы себе в Орден кого попало, или же вообще вернулся в армию.
Он заподозрил что-то неладное лишь после того, как минувшей зимой 771 года Раас Элмри вдруг ни с того ни с сего был отправлен в изгнание в Дикие Земли. Мэррсез узнал об этом совершенно случайно от одного из вельмож, присутствовавшего на одном из раутов, и значительно позже самой высылки знаменитого ученого, в последние годы занимавшегося исследованием под кураторством королевы. Принц не очень заинтересовался этим известием, хотя это и настораживало. Позже поползли слухи о том, что жители страны видят странных и агрессивных созданий, невиданных ранее, равно как и том, что в Диких Землях теперь очень неспокойно. Заинтригованный Мэррсез совершил несколько весьма прелюбопытных встреч с военными и придворными, в тайне от королевы при помощи взяток выведав у сведущих лиц некоторые факты о недавнем противостоянии престолу так называемой группы «Возмездие», связанное исключительно с исследованиями Расса. Так принц узнал о том, что Раас на самом деле задумал нечто невообразимо отвратное и противоестественное природе. Мэррсез копнул чуть глубже; при помощи своих рыцарей он вышел на разведчиков, бывавших на северо-востоке и имеющих хоть какое-то представление о том, что там происходит. Таким образом Мэррсез узнал о «Небесах» и некоторых фактах, указывающих на то, что Элмри продолжает работать над тем, за что он был выслан из Аридии. У принца выдался случай наконец-таки узнать, что происходит за его спиной во дворце, равно как и деяния королевы, в свое время благоволившей обезумевшему исследователю. Результаты были на лицо: в стране по-прежнему разброд, в Диких Землях происходит нечто странное, и навестить безумца удастся лишь в лучшем случае с хорошей воздушной эскадрой. Раскол все же произошел, но не там, где его ждали – вместо «Возмездия» теперь угрозу представляли «Небеса». Гражданская война так и не вспыхнула, но Мэррсез понимал, то для этого уже готовы все условия.
Не посоветовавшись с королевой, он вновь созвал Орден, и в течение всей весны и лета Мэррсез и другие рыцари на четырех кораблях бороздили просторы Сфирии, попугивая редких пиратов и наблюдая за происходящим внизу. Особенное внимание Орден уделил Диким Землям, так и не решившись подойти ближе, но при этом не увидев и не узнав ничего интересного. Разочарованный подобной неудачной разведкой принц и его рыцари вновь вернулись в столицу, чтобы скоординировать свои дальнейшие действия. Мэррсез же хочет серьезно поговорить с королевой Эшной, чтобы получить ответы на интересующие его вопросы.

9. Умения, способности и слабости.

Навыки и способности
- фехтование мечом. За многие годы тренировок владения двуручным мечом Мэррсез достиг тех результатов, позволяющих ему называться мастером и сейчас самому обучать других, если бы он этого захотел; (VIII)
- так же Мэррсез великолепно обращается и одноручным клинковым оружием; (VIII)
- меткий стрелок из ружья – на расстоянии в пятьдесят метров выбьет девять из десяти мишеней - однако практика стрельбы по движущимся мишеням практически никакая.(V)
- кулинарное дело. При наличии всех необходимых ингредиентов, кухонной утвари и поваренной книги для Мэррсеза в этом плане нет ничего невозможного;
- для новичка хорошо управляется со Стридором, однако шансы свернуть себе шею на крутом вираже по-прежнему высоки; (V)
- физическая сила;
- отличные показатели выносливости, ловкости, скорости и координации движений;
- отличная эрудиция и память.

Слабости.
- узкая специализация Мэррсеза в превосходном обладании лишь одним видом холодного оружия делает его почти беспомощным, если в его распоряжении будет то, что он почти никогда не держал в руках в качестве орудия убийства;
- легкая броня Мэррсеза не спасет его от прямого несильного удара холодного оружия любого типа за исключением кинжалов или стилетов;
- не умеет плавать;
- скверно держится в седле из-за длительного отсутствия практики езды верхом, равно как и из-за предпочтения передвигаться на других видах транспорта;
- страх перед способностями магов, отчасти базируется на том, что сам Мэррсез не владеет магическими знаниями и не способен как-либо противостоять противнику-магу;
- боится потерять зрение или покалечить руки;
- У принца слабовыраженная агарофобия - чувствует себя крайне неуютно на больших открытых пространствах.

10. Магический потенциал и знания в магии.

Магический потенциал на среднем уровне, познаний в магии не имеет.

11. Цель в жизни персонажа, планы на будущее.
Раскрыть все тайны исследований Элмри, которые велись несколько лет назад в самом сердце Сфирии, понять, чего именно добивается лидер организации «Небеса», какие цели преследует. В не зависимости от предыдущего пункта, Мэррсез твердо намерен уничтожить «Небеса» и нейтрализовать Рааса Элмри, желательно самым простым и надежным способом. Помимо этих задач принц желает во чтобы то ни стало удержать королевство от полномасштабной гражданской войны и навести порядок в королевстве любыми средствами и путями.

Исправил(а) Мэррсез - Понедельник, 28 Февраль 2011, 15:40
 
ФРПГ Золотые Сады » Архивы » Архивы анкет и СЛ » Мэррсез О'Лэндхард (мертв) (Исфири, первый принц)
Страница 1 из 11
Поиск:
Чат и обновленные темы

  • Цепляясь за струны (21 | Марк)
  • Абигайль Брукс (0 | Эбби)
  • Девушка с краской (17 | Марк)
  • Грязные руки (4 | Марк)
  • Дурацкие принципы (4 | Марк)
  • Давно не виделись, засранец (43 | Марк)
  • Скандальная премьера (5 | Эфсар)
  • Ингрид Дейвис (1 | Автор)
  • Хроники игры (2 | Автор)
  • Разговоры и краска (1 | Марк)
  • Бередя душу (3 | Марк)
  • Сердце картины (0 | Эстебан)
  • Я назову тебя Моной (29 | Джейлан)
  • Осколки нашей жизни (5 | Марк)
  • Резхен Эрлезен-Лебхафт (1 | Автор)
  • Первая и последняя просьба (4 | Марк)
  • Эль Ррейз (18 | Автор)
  • Задохнись болью, Вьера (2 | Марк)
  • Ты любишь страдания, Инструктор? (5 | Марк)