Правила игры Во что играем Полный список ролей Для вопросов гостей Помощь
· Участники · Активные темы · Все прочитано · Вернуться

МЫ ПЕРЕЕХАЛИ: http://anplay.f-rpg.ru/
Страница 1 из 11
ФРПГ Золотые Сады » Архивы » Хроники локационной игры » Поселение Аирит - пригород (Располагается у берега реки, западнее Юуна.)
Поселение Аирит - пригород
Автор Воскресенье, 05 Июль 2009, 01:26 | Сообщение # 1
Сейчас: В неизвестности
Аирит - небольшое поселение, населением примерно в тысячу душ, что тянется вдоль берега реки, примерно в половине километра западнее от самого Юуна. В пригород от западных ворот ведет небольшая дорога, которая идет по равнине с средним количеством деревьев и кустов возле самой дороги. Берег реки богат на растительность - трава здесь высокая, сочная, подразумевающая хорошее пастбище, что стало причиной раскинувшейся неподалеку фермы улов. Поселение тянется вдоль берега реки где-то на километр с небольшим и состоит в основном из одно- и двухэтажных деревянных домов. Хоть большая часть домов здесь и сделана из дерева, у некоторых первый этаж сделан из камня, но кровля у всех сделана из дерева. Поселение - это чудное провинциальное местечко, где приятно побродить по простым улицам, где под ногами лишь матушка-земля и редкие пучки трав, выбивающиеся из-под основания построек. Аирит достаточно пестрое поселение - дома выкрашены в светлые цвета, чаще всего можно увидеть зеленый и голубой оттенки, чуть меньше - белый и желтый. Берег реки, как и южная часть пригорода богаты на лиственные деревья - из-за близости к холмам на юге. На севере же Аирита раскинулось просторное поле - отличное пастбище - которое дальше переходит в травянистый берег северного рукава реки.
Жителями Аирита являются фермеры, а также простые обыватели, которые не хотят или просто не могут в связи с финансовым положением, переехать куда-то в другое место. Однако и здесь места очень красивые и пестрые, а потому жизнь здесь многим нравится, тем более уж когда на соседнем берегу виднеются фермерские поселения и красоты лежащих за рекой земель, а рядом стоит большой город со всеми его прелестями!
 
Амброзий Понедельник, 01 Март 2010, 11:03 | Сообщение # 2





<== Западные ворота в город

Дорога на Аирит.

Благополучно миновав ворота, Амброзий двинулся дальше туда, куда ноги несли по пути наименьшего сопротивления – дороге, уводившей на запад. Он хотел поскорее выбраться из населённых мест, чтобы никакой случайный свидетель не смог бы помешать ему совершить задуманное, - и он продолжал идти напрямую, рассчитывая, что рано или поздно покинет обжитую местность. Солнце, хоть и клонившееся к закату, тем не менее палило немилосердно, от нагретой за день дороги поднимался жар, однако вампир не обращал на это внимания, поглощённый своими душевными страданиями.
Вновь и вновь он вспоминал, что же хорошего было в его жизни вообще, и выходило, будто всё пошло наперекосяк ещё со смертью матери. С той поры он не жил, а выживал, и, хоть и занимался любимым ремеслом беспрепятственно, не было ли это лишь способом привлечь хоть какое-то внимание окружающих к своей персоне, хоть через ненависть, хоть через выгоду, но только чтобы не оставаться одному? Любил бы он небо и воздушные корабли так же сильно, если бы полёты можно было выполнять в одиночку, без команды? И разве не был он готов бросить всё, как только появился человек, готовый наполнить его жизнь радостью и теплом? А он предал её, ту, что доверилась ему, доверила своё сердце, он совершил то, за что всегда презирал остальных, даже своего отца, которого никогда не знал. Обманывать можно кого угодно, но только не того, кто по-настоящему тебе доверяет. Может быть, Лили давно простила его, она всегда была добросердечной девушкой, но вот он сам не мог себя простить.
Предатель и неудачник. Разве можно после этого осуждать других? Разве может он ненавидеть тех, кто обошёлся с его доверием также, как когда-то он сам обошёлся с чужим? Нет, нет и ещё раз нет. Они абсолютно правы, а ему – поделом.

Через Аирит.

К тому времени, как мимо опять потянулись домишки, слёзы уже почти высохли, только в груди свербела невыразимая тоска, от которой уже не хотелось выть, а лишь быстрее приблизить миг освобождения. Амброзий с недоумением поглядывал по сторонам, раздумывая над тем, не стоит ли повернуть назад и, сойдя с дороги, углубиться куда-нибудь в сторону пастбищ, - за ними-то наверняка должен быть лес или ещё какая укромная местность, - однако по инерции продолжал топать дальше, подгоняемый своим отчаянием и одиночеством; от самой мысли о том, чтобы повернуть назад, душу словно бы сжало ледяными тисками. Он брёл, не поднимая головы, чтобы не наткнуться взглядом на очередное свидетельство чужого благополучия, однако заставить себя не слушать не мог: ветер порой доносил голоса жителей, занимавшихся своими делами, и звонкий смех играющих детей. Кажется, пару раз его окликнули, скорее всего, привлечённые его странным внешним видом, однако Амброзий всякий раз лишь ниже опускал голову и ускорял шаг.
Спустя какое-то время ноги вынесли его к реке, а точнее, к благоустроенной набережной с причалом, у которого мирно покачивалось на воде несколько лодок. Крейн озадаченно остановился было, но тут заметил на другой стороне реки ещё одно подобное сооружение. Может быть, стоит переправиться? Пожалуй, стоит, ведь чем дальше, тем лучше, а домики на той стороне стояли реже, значит, рано или поздно он доберётся и до диких мест, где ему никто не будет мешать. Проведя пятернёй по и без того имевшей совершенно непотребный вид шевелюре, Амброзий твердым шагом направился к причалу.

==> Лодочный причал Юуналий

Исправил(а) Амброзий - Понедельник, 01 Март 2010, 19:02
 
Амброзий Понедельник, 26 Апрель 2010, 12:07 | Сообщение # 3





<== Западные ворота в город

Дорога на Аирит.

Выйдя из города, Амброзий не решился направиться прямо к переправе, ведь если солдаты идут следом, то, расспросив перевозчиков, сразу смекнут, в каком направлении он скрылся, и быстро оповестят фермеров быть настороже. Поэтому он решил пройти берегом, а потом переправиться через реку вплавь в каком-нибудь тихом местечке, - он чувствовал себя вполне способным сделать это пусть и с одной рукой; несмотря на беготню по городу, усталости практически не было, и даже более, после того, как он прошел совсем немного, она исчезла вообще. Да и солнечный свет, казалось, уже не донимал так сильно, и хотя смотреть все также можно было лишь с сильным прищуром, обжигающий кожу жар ощущался как на удивление приятное тепло, но это, видимо, от того, что Крейном по-прежнему владело радостное воодушевление на грани с эйфорией, за которым земные мелочи жизни едва ли могли быть замечены.
«И потом, я же в рубашке,» – подумал он, мысленно усмехнувшись тому, как вообще мог удивиться. Правда, физиономия его и ладонь, которой он то и дело прикрывал глаза, не были защищены ничем, однако же хуже не становилось, и новые ожоги не появлялись. В общем, подивиться-то было чему, но он решил подумать над этим позже, после того, как доберется до какого-нибудь безопасного места.

Окрестности Аирита и к северу от них.

Не доходя примерно половину пути до пригорода, Амброзий свернул с дороги и пошел на север, рассчитывая, что рано или поздно сможет обогнуть поселение, тем самым запутав возможных преследователей еще больше, как вдруг впереди показалось нечто такое, что вампир решил, будто у него начались-таки галлюцинации от длительного пребывания на солнцепеке. Посреди колышущегося под теплым ветерком травяного моря застыл воздушный корабль, но вампир не изумился бы его виду так сильно, не будь этот корабль столь знакомой ему конструкции – грубоватый корпус из дерева и металла, формой больше всего напоминающий морскую ладью, несколько башенок с винтами, две трубы, сейчас самую малость коптящие сизым дымком, а над всем этим огромный воздушный шар. После всего увиденного в Сфирии этот корабль показался Крейну просто осколком древнейших времен воздухоплавания.
- Люди… – прошептал Амброзий, слезящимися от солнца глазами глядя на это чудо. – Братцы!
И он, дико завопив, бросился к кораблю, не разбирая дороги.
«Вот уж место так место, чтобы спрятаться. Только бы уговорить их взять меня с собой!» – думал вампир на бегу, не отрывая взгляда от корабля, будто боясь, что тот испарится как бесплотный плод воображения, отчего дважды спотыкался и падал, но тут же вскакивал, не замечая боли от ушибов.
- Братцы, стойте! Не улетайте! Подождите меня!
Как оказалось, корабль был самым настоящим и никуда и не думал исчезать. На обращенном в его сторону правом борту вампир увидел начищенную до блеска табличку с названием – «Добрая Фея»; на палубе и вправду копошились люди; завидев же бегущего, они собрались у борта и принялись подбадривать его смешками и свистом. Стоило ему добежать, и с борта свалилась, развернувшись на лету, веревочная лесенка, на что Амброзий сначала глянул подозрительно, думая, уж не хотят ли над ним, калекой, понасмехаться, но делать было нечего, пришлось карабкаться наверх. На это у него ушло куда больше усилий, нежели на стремительный бег к кораблю, но, наконец, он тяжело перевалился через борт и, шмякнувшись спиной, растянулся на палубе.
- Спасибо, братцы! – с чувством выдохнул Крейн. – Выручили, вовек не забуду!

==> Тэлоя, окрестности Генгера

Исправил(а) Амброзий - Понедельник, 26 Апрель 2010, 19:46
 
Мэррсез Понедельник, 09 Май 2011, 00:22 | Сообщение # 4





<===Асгард - Воздушный порт

«Серафим», носовая палуба
В полукилометре от Аирита

Они прибыли на место во втором часу дня. Заняв высоту в сто метров и расположившись все тем же походным ордером над рекой, корабли пребывали в неподвижности уже более получаса. Мэррсез не торопился, благо, что ответственное поручение было выполнено, заветная сумка с отобранными документами из посещенных Орденом портов опечатана и готова к своему тихому возвращению в столицу. Этому моменту стоило уделить особое внимание – последний пункт в выполнении поставленной задачи. Вероятно, на земле озадачены появлением флота, который занял место для воздушной стояки чуть в стороне от города. Мэррсез не спешил развеивать догадки и подозрения тех кто не знал о существовании инджиинитов, не смотря на поднятые на кораблях флаги Ордена.
«Серафим» и другие корабли сверкали в лучах солнца, словно серебряные. Вид с маленькой выдвижной палубы на самом носу флагмана открывался потрясающий, однако оценить картину целиком затруднял «Откровение», занявший позицию в ста пятидесяти метрах впереди. Однако принцу хватало и той панорамы, которая была видна внизу. Он стоял на палубе один, чтобы дождаться отправления Хиджери и подышать свежим воздухом. Легкий ветерок шевелил широкие рукава и полы его официального облачения, круглый символ Ордена, висящий на короткой и толстой цепи на шее, налился солнечным светом, словно раскаленный.
Прямо под кораблем ярко блестели воды полноводной реки, на берегу которой вытянулся Аирит. Мэррсез, упершийся руками в перила, смотрел на кажущиеся крохотными дома и думал о том, как скоро он навестит Энрима Рикесса, своего учителя по фехтованию. Он был уже давно не у дел, и почему-то старый воин и мастер меча решил осесть именно в этих краях, хотя здесь у него раньше не было ни родных, ни близких.
«Его непременно следует навестить».
Но этот визит принц намеревался осуществить несколько позже, когда закончит с оставшимися делами и проведет встречу с Ишильей. Он не знал, о чем будет говорить с Энримом.
«Это необязательно. Такие, как Энрим, не нуждаются в словах».
Мэррсез вскинул голову вверх, щурясь на лучи солнца, и перевел взгляд на Юун, привлеченный движением в воздухе в той стороне, где располагался город. Вниз с все той же необоснованной спешкой устремился стридор с наездником, пригнувшимся к рулю воздушной машины. Хиджери отправился к храму Святой Алии, чтобы донести до главы Ордена о прибытии принца и просьбе о встрече с ней. Наверное, пора было отправляться в ангар. Ресселер и два офицера Девятнадцатого полка Специальной Воздушной Службы уже готовы, а Целестия, должно быть, уже собрала вещи – было жаль избавляться от нее как от носителя бесценной информации, но ее нежелание сотрудничать вкупе с нерешительностью ставили крест на всей пользе от ее присутствия на борту. Действовать нужно было быстро и точно, и ждать, пока жрица решится рассказать ему что-либо еще было неимоверно утомительно, и, должно быть, бесполезно. Из всего их сотрудничества в том же Эсте Мэррсез не узнал от нее ничего по-настоящему интересного, лишь преисполнился новыми подозрениями и сомнениями. Единственное, в чем он уверился – Целестия не помощник ни ему, ни себе.
Сейчас Мэррсез раздумывал о том, что произошло за последние четыре часа. Живописный вид раскинувшейся вокруг местности ненавязчиво возвращали мысли к проделанной работе и законченном воздушном путешествии.
Принц посетил два последних воздушных порта, стоящих на его пути от Асгарда до Юуна. И снова удача – в архивах канцелярии первого порта был довольно любопытный случай, схожий с теми, которые произошли в Асгарде. Мэррсез проверил еще раз, чтобы быть точным в своей правоте, и вскоре сведения о третьем «подозреваемом» так же отправятся в ведомство воздушной безопасности.
«Мы проделали такую скучную работу, чтобы заподозрить причастность экипажей как минимум трех судов к преступной деятельности и связи с «Небесами». При этом мы не имеем никакого представления о том, где сейчас находятся эти корабли».
Тем не менее назвать выполненное задание бессмыслицей и пустой тратой времени принц не решился бы, даже если обнаруженные корабли к этому моменту были спрятаны или вообще демонтированы. Они выявили врага и поняли, что в небе на западе Сфирии действительно не все так чисто; после чего предупредили причастных к соблюдению безопасности и порядка о том, что выяснили. Скорее всего, преступники беспечно прогуливаются по воздуху все на тех же судах, лишь изредка настигаемые подозрениями в разоблачении и прибегая к вынужденной маскировке на несколько дней. Этих предателей не так уж и много, судя по тому, что произошло в Тумультуозусе, «Небеса» будут возлагать особые надежды на подобный козырь, как дружественные им суда, способные причинить значительный ущерб. Не исключено, что бомбардировка повторится спустя какое-то время в другом месте, и Мэррсез сделал все возможное, чтобы хоть как-то посодействовать защите от подобных атак. Предупрежден – значит вооружен. Теперь с молодчиками с подозрительных судов, засветившихся в Асгарде и порту юго-западнее от второй столице, будут разговаривать по-другому, если они дадут о себе знать.
«Ладно», Мэррсез подался назад, отпуская перила и отворачиваясь к узкому входу в корабль, «теперь обо всем это можно забыть, хотя бы на время».

Ангар

Войдя на решетчатый мостик, тянущиеся вдоль стены, Мэррсез подумал, что, кажется, слишком увлекся своим пребыванием снаружи. Здесь его ждали и два солдата Девятнадцатого батальона - или же попросту «Ржавого», получившие такое прозвище из-за полевой формы подобного цвета – и сама жрица. Никого из техников или рыцарей: еще до прибытия к точке назначения Мэррсез распорядился о том, что для сопровождения ему понадобится только лишь Хиджери, остальные могут потратить свое время до возвращения принца как им вздумается.
«Шелдис, должно быть, машет своим копьем в тренировочном корпусе, Клауд и Джино читают… В любом случае, надеюсь, что они не сильно скучают».
Этому тоже следовало уделить самое пристальное внимание. Законченная миссия говорила лишь о том, что следует начать новую работу – такую, чтобы она как можно выгоднее отличалась от предыдущей. Довольно пересекать все королевство, чтобы, как заведенным, останавливаться и спускаться в каждом воздушном порту. Хотя это тоже входит в их деятельность, но подобное занятие было несколько чуждым тем, кто должен был учувствовать в сражениях с противником.
«Прежде, чем участвовать в сражении, нужно выявить этого самого противника. Задание по выявлению предателей в небе Сфирии можно счесть за разведку. Слабый, но все же шаг. Для начала сойдет, но следующий ход буду планировать я».
Мэррсез спустился вниз по лестнице в площадке, где возле четырехместного ресселера его ждали жрица и солдаты. Десантники из «Ржавого» были налегке, без шлемов и брони, лишь с ремнями и кинжалами, покоящимися в ножнах портупей на груди. Целестия уже заняла пассажирское место
- Отбываем, - Мэррсез кивнул тому, кто должен был вести воздушную машину, и короткостриженный солдат поспешно занял место возничего. Сам принц и второй солдат заняли места напротив жрицы. Мэррсез, равнодушно посмотревший на Целестию беглым взглядом, не смог понять, сожалеет ли она о том, что ее задумка не удалась. В конце концов, не напрасно ведь она говорила о своем присутствии на воздушном корабле. Или же она разочаровалась в своем плане, который по мнению принца, никуда не годился. Выбранная ею стратегия молчания никак не могла дать положительного результата.
«Теперь это уже не важно».
Мэррсез свободно откинулся на комфортную спинку сиденья, когда ресселер поднялся с площадки и неторопливо выплыл через шлюз наружу. Вновь ярко прыснуло лучами солнце и в лицо ударил свежий ветер, какой нельзя ощутить на поверхности земли. Принц сплел пальцы рук перед собой, глядя на приближающийся город. Почти сразу же после своего вылета ресселер начал плавно снижаться, хотя до Юуна было еще далековато. Не стоило утруждать себя лишними мыслями, этот полет до центра Юуна займет лишь несколько минут, и уже очень скоро Мэррсез рассчитывал встретиться с главой Алийского Ордена.

==>Центр - площадь перед Храмом Алии

Исправил(а) Мэррсез - Суббота, 14 Май 2011, 22:59
 
Мэррсез Понедельник, 16 Май 2011, 22:42 | Сообщение # 5





<===Центр - Площадь перед Храмом Алии

Южные окраины Аирита

Ресселер, достигнув середины реки, начал плавно снижаться, превращая полет из города в прибрежное поселение в подъем и спуск по пологой дуге. Принц сказал возничему двигаться на юг, где можно было найти хорошее место для посадки. Внизу было полно зелени, и казалось, что южная сторона Аирита представляет собой один небольшой лес. Ресселер и стридор только что пересекли небо над самим поселением – принц не стал распоряжаться о посадке именно здесь не только потому, что не хотел лишних глаз, сколько из-за удаленности жилища Энрима от главных улочек Аирита. На южной стороне поселения должна была быть поляна, идеальное место для приземления небольшого воздушного аппарата. Принц хорошо запомнил это место во время своего последнего посещения пригорода Юуна.
Свежий воздух и поток встречного ветра даже на небольшой высоте заставлял позабыть обо всем. Он мягко трепал полы и рукава одежд, волосы, заставляя щурить глаза, но в этом не было ни грамма неприятных ощущений. Мэррсез, подставивший лицо солнцу и ветру, дышал полной грудью, давая себе в полной мере почувствовать свежесть и жар летнего дня, смешавшихся в один невообразимый коктейль.
Теперь Мэррсез смотрел, как ресселер, сбавляя высоту и скорость, опускается на ярко освещенную лужайку, своей формой больше напоминающей овал. Несколькими секундами ранее он видел знакомые светлые скаты крыши дома, в котором уже больше полувека проживал мастер Энрим. Конечно же, он не ждет гостей. Закончив работу на Академию, старый учитель привык жил уединенно и тихо, насколько знал принц, не покидая своего нового дома.
Принц посмотрел по сторонам, глядя, как деревья, мимо раскидистых крон которых они спускаются вниз, поднимаются все выше и выше, чтобы бросить на исфири, сидящих в ресселере свою сочную, темно-зеленую тень.
«Почему он выбрал именно это поселение?»
Мэррсезу казалось, что он многое знает о нем: мастер любил поговорить в ту пору, когда принц был совсем молод и неопытен. В перерывах между тренировками он рассказывал принцу много интересного из своей жизни и жизни других старых солдат, таких же, как и мастер меча. Тогда Мэррсез не думал, что Энрим привирает в своих историях, спустя много лет он не раз слышал его имя от других исфири, как имя, принадлежащее одному из величайших мастеров боевого искусства владения двуручным мечом. Уже тогда, совершенно не подсознательно он понимал, что был бы счастлив прожить такую же долгую, насыщенную жизнь, пусть и полную опасностей, увидеть и понять многое, чтобы потом без лишних слов и пустопорожних измышлений уметь объяснить что угодно кому угодно, достичь высот в своем искусстве, верно служить своей родине… чтобы потом, поняв, что его время подходит к концу, выбрать для себя тихое и спокойное место, и позабыть обо всем.
«Старик поступил правильно. По-другому и быть не может».
Мэррсез поднялся на ноги и легко спрыгнул с высокой подножки в густую, но невысокую траву. Рядом с приземлившимся ресселером опустился стридор.
- Идем, Хиджери.
Рыцарь энергичным движением сдернул с головы эластичный шлем с очками и осмотрелся по сторонам:
- Мы здесь надолго, аэтас?
- Нет.
Мэррсез смотрел на узкую, уже едва приметную тропинку, уводящую в сторону берега реки, протянувшись промеж широких и высоких стволов лиственных деревьев. Неподалеку в кронах перекрикивались птицы, и когда по листьям волнами прокатывался ветер, они умолкали. В воздухе стоял головокружительный запах диких лесных трав и свежести, которой никогда не почувствовать в воздухе больших городов. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь густой заслон листвы, падали вниз прямыми лучами разной ширины, отчетливо видимыми в легком, почти что неприметном сумраке, царящем здесь.
Мэррсез медленно пошел вперед, задевая полами разросшиеся стебли трав и ветки кустов, следуя по едва приметной, уже заросшей свежей травой узкой тропе. Хиджери побрел следом, и принц, услышав его громкие шаги, едва сдержался о того, чтобы сказать ему о том, чтобы тот оставался возле своего стридора. Ему захотелось побыть здесь одному, чтобы так же неспешно и неторопливо пройти по тропе до самого дома Энрима, без сопровождения.
«Я здесь не на прогулке», напомнил он себе. Да, конечно, что, кроме правил безопасности, мешает совершить ее в одиночестве? Здесь некому и нечему угрожать принцу.
«Я становлюсь слишком беспечным».
Возможно, эта короткая прогулка по столь необычному и тихому месту, поражающему воображение одним лишь фактом того, что совсем рядом располагаются поселения исфири, даст ему возможность переосмыслить все произошедшее и происходящее, взглянуть на все это еще раз?..
Тропа вывела их на относительно открытое место, подходящее совсем близко к берегу реки. Мэррсез, подняв голову, смог увидеть корабли Ордена, зависшие на месте. Шикарное зрелище, которое, впрочем, портило всю идиллию. Принц поспешно опустил взгляд, продолжая свой путь к дому мастера. Неторопливость его шага можно было объяснить не сколько схожим со скоростью шагов течением мыслей и общим настроем, сколько с желанием не потерять из виду старую тропу. Навряд ли он здесь заблудится, но держаться узкой коричневой полоски земли казалось принцу самой главной задачей сейчас. Это как путеводная нить.
«О чем ты, черт побери, думаешь?»
Нахмурившийся принц, глядящий себе под ноги, погрузился в размышления. Итак, нерешенные проблемы. Они были и будут всегда, сколько с ними не бейся. Кажется, он достиг той самой точки, когда бы следовало пристально, как следует оценить свои шансы и возможности. Принц же мучительно искал выход и сложившегося тупика, но так и не видел его. Смысла находиться здесь не было абсолютно. Сосредоточение всей угрозы находилось на востоке, и было не важно, там ли прячется Элмри, или нет. По слухам, в Диких Землях полно черных кристаллов, которые и являются одним из главных источников проблем – второстепенным, следующим за тем, кто эти кристаллы распространяет. Но это всего лишь слухи. Чтобы принимать решения, нужно убедиться во всем собственными глазами. Он не решился провести вторжение в Дикие Земли три недели назад; теперь это будет не так просто ввиду того, что регион контролируется значительными вооруженными силами, которых в пору первого посещения Мэррсезом границ зараженных территорий не было и в помине. Сейчас проскользнуть туда незаметным будет непросто, равно как и говорить о свободе действий в воздушном пространстве.
«Это правда необходимо сделать?»
Ему ничего не остается. Доверие к власти у Мэррсеза еще не подорвано, но уже существенно пошатнулось. Власть, которая чиста и безгрешна – иллюзия, так как политика и ее составляющие не может быть чистыми по своему определению. Но все же… в чем истинная причина такого молчания? Эта та самая тайна, которая способна дискредитировать королеву?
«Мы уверенно тонем в эгоизме и страхе».
Да, в жизни любого главы государства есть некоторые моменты, о которых лучше бы другим не знать. Плох тот правитель, кто ни разу не оступался на своем пути. Что ж, на здоровье. Мэррсез же лишь остается лишь молится на то, что от этих тайн не зависят судьбы тысяч и тысяч ни в чем не повинных.
«Если бы все было столь безобидно, никакой тайны и не было».
Нужно забыть о дворце и королеве. Их больше нет в представлении принца – пусть остаются призрачным напоминанием о том, что где-то есть сосредоточение власти и та, кто ее представляет, но…
«Как мне поступить?»
Он тяжело вздохнул, поднимая взгляд, уловив краем глаза светлое пятно впереди. Тропа выводила к широкой поляне с аккуратно подстриженным газоном из все той же дикой травы и низкого кустарника. Высокий забор с резными фигурами на досках, столь искусно и плотно подогнанных друг к другу, что казалось, будто это единое целое. Резьба была бесцветной, и этот бежевый деревянный барельеф, некогда бывший белоснежным, казался неприметным с некоторого расстояния, лишь легкими и волнистыми линиями давая знать о себе. Принц смотрел на широкие ворота, и покатые склоны крыши дома, находящегося за ними.
«Он настолько желал уединения, что не поскупился на подобное ограждение от всего мира».
Перед воротами стоял мальчик, лет семи, если не меньше. Мэррсез без труда уловил, что здесь только что были и другие дети. Не может такого быть, чтобы этот мальчишка стоял здесь все это время столь неподвижно, словно бы ожидая чего-то… или считая про себя. Он был одет в широкополую рубаху и штаны, в руке он держал деревянный меч, довольно удачную копию на один из реальных образчиков.
Мальчик безошибочно определил присутствие чужих. Он посмотрел на возвышающуюся фигуру принца, только что вышедшего на поляну, перевел взгляд на маячащего позади Хиджери, вновь вернулся взглядом к Мэррсезу…
Принц, глядя на загорелое широкоскулое лицо мальчишки, видел недетскую серьезность в его глазах. Его пальцы решительно сжимали рукоять игрушечного меча, ноги были широко расставлены.
«Да. Да, это порода Рикесса».
Мэррсез шагнул навстречу, не расцепляя рук, и не спуская взгляда с ребенка. На его лице не было ни враждебности, ни дружелюбия, хотя вид принца в его одеянии, столь неожиданно появившегося из леса, смутил бы многих взрослых. Принц, сохраняя абсолютное спокойствие и серьезность, остановился в нескольких шагах от мальчишки и неторопливо склонил голову в коротком поклоне.
- Доброго дня, сударь. Могу я увидеть твоего прадедушку?
Мальчик улыбнулся, его глаза превратились в узкие щелки, на щеках заиграли ямочки. Продолжая улыбаться, он с наигранной важностью убрал меч за пояс и поклонился, все так же бесстрашно глядя на принца и рыцаря.
- Идемте, я скажу ему о том, что вы пришли.
Он развернулся и быстрым шагом пошел в сторону ворот, к едва приметным очертаниям двери. Мэррсез и Хиджери пошли следом, и слабо улыбающийся принц ощутил на себе взгляд рыцаря.
- Зачем мы здесь, аэтас?
- Я навещаю старого друга, своего учителя. Это не займет много времени.

Дом Энрима

Внутренний двор был ухожен и чист. В центре прямоугольного участка был выкопан небольшой прудик в центре которого, на крохотном островке суши, росла высокая и раскидистая яблоня. Берега «пруда» и земля вдоль линии забора густо поросли травой в то время, как остальные участки были вытоптаны. Дом Энрима тянул на маленький двухэтажный особняк. Его фасад был похож на скобу, чьи короткие «отростки» были направлены в сторону ворот. Скат крыши плавно перерастал в один большой наклонный навес от лучей солнца и дождя, нависая над низким деревянным настилом, покоящимся на коротких подпорках, окаймляющим весь фасад.
Мальчик уже исчезал в широких дверях, и Мэррсез и Хиджери остались стоять у ворот.
Ждать долго не пришлось, хотя что-то подсказывало, что Энрим был далек в этот час от дверей в свое жилище. Тем не менее не прошло и полминуты, как створки открылись, и на пороге появился мальчик и старый исфири. Он был невысок и сухощав; его некогда светло-сиреневые волосы выцвели и стали белоснежно-белыми, заплетенными в длинную и толстую косу. Мэррсез даже отсюда видел его лицо, испитое и худое, темное от загара. Принц шагнул к нему навстречу, неторопливо пересекая двор, и, остановившись в нескольких шагах перед настилом, на котором стоял Энрим, глубоко поклонился старику.
- Доброго дня, мастер.
- И тебе здравствовать, аэтас. Желаешь отобедать?
Голос старого мастера был как всегда добродушен и глух. Он с теплом смотрел на Мэррсеза, явно не ожидая его появления не то что в этих краях, а заявившегося в гости.
- Благодарю, почтенный, я не голоден.
- Могу я?.. – несмело дал о себе знать Хиджери.
- Конечно. Кейл, проводи господина в столовую.
Мэррсез приблизился к Энриму, пока Хиджери уходил вслед за Кейлом, разглядывая его лицо и одновременно с этим пытаясь вспомнить, сколько ему лет. Сейчас он не помнил в точности, но Энрим не так давно миновал тысячелетний рубеж, в этом принц был уверен. Его взгляд был все так же ясен и чист, как и много десятилетий назад, когда Мэррсез впервые предстал перед ним, как молодой воин, выбравший свое главное оружие.
Энрим мягко улыбнулся:
- В этой одежде ты выглядишь как церковник.
- Я возглавляю духовно-религиозный Орден, почтенный.
- Да, я помню. У вас много дел?
- Дел предостаточно.
«Но как сложно порой определится с целями, чтобы быстро заканчивать эти дела».
- Идем, выпьем чаю в саду.
Они вошли внутрь дома, и Мэррсез, следуя за Энримом, с неподдельным любопытством разглядывал убранство этого жилища. Он был здесь в последний раз довольно давно, но память надежно хранила эти же светлые стены и пол, редкие, узкие вазы в углах помещений с темно-синими и кроваво-красными цветами, редкие полотна неизвестных Мэррсезу мастеров на стенах. Сейчас в доме Энрима было немного исфири, Мэррсез не слышал их, но чувствовал их присутствие, ощущал следы их недавнего пребывания в этих коридорах и комнатах, по которым они шли на задний дворик, где располагался сад. По пути они прошли большой зал, и здесь внимание Мэррсеза обострилось. Он увидел легендарный двуручник старого мастера, клинок, который был старше принца во много раз, выпивший за свою историю столько крови и чужих мучений, сколько он не мог и вообразить. Оружие Энрима занимало почетное место на стене, и чуть пониже примостился тренировочный меч мастера. Тот самый меч, ударом которого когда-то Энрим выбил принцу сустав и сломал лучевую кость правой руки. Молодой принц отразил бессчетное количество ударов этого оружия, и Мэррсез смутно догадывался, что этот учебный меч даже сейчас не задерживается на своем месте подолгу в отличие от своего настоящего собрата. Настоящий двуручник досыта напился крови и жизней, его удел – покой, как и самого Энрима.
Они вышли в сад, на такой же помост, перед которым раскинулся довольно большой участок голой разворошенной и разровненной земли, на которой в хаотичном порядке росли мелкие деревца. Мэррсез смотрел на плоские и круглые камни, похожие на срезанные основания колонн, обычные валуны, возвышающиеся над этой импровизированной земляной пустыней и никак не мог взять в толк, в чем заключен смысл этого участка. По обе стороны участка возвышались яблони и вишни, на деревянном помосте, собранном из тщательно обработанных и подогнанных друг к другу широких досок не было ничего, кроме низких плетеных кресел и столика. Помимо того входа, который вел сюда, здесь были еще две двери, ведущие в разные крылья дома.
«Величайшее заблуждение. Обязательно искать смысл там, где его нет и в помине. Этому и учит сад Энрима?»
Мастер позвонил в колокольчик, усаживаясь в кресло и жестом приглашая принца занять второе. На звон из дверей появилась служанка, и глядя на поднос с заварником и чашками, Мэррсез подумал, что эта процедура чаепития, введенная Энримом, уже отработана до мелочей и не вызывает ни у кого промедлений.
- Оставь, Гевез, я сам.
Служанка, сделав книксен, удалилась и Мэррсез приметил еще одного мальчика, вошедшего через те же двери, что и служанка. Он был одет точно так же, как и Кейл, хотя выглядел старше. У него были длинные сиреневые волосы, и в его шагах принц не увидел той решительности, какая была в глазах и жестах Кейла.
- Нэри, познакомься. Первый принц Сфирии, Мэррсез.
- Ваш визит - большая честь для нашего дома, аэтас.
Сомнения Мэррсеза враз развеялись, в голосе мальчика не было ни неуверенности, ни стеснения. Он кивнул Нэри, и тот смиренно уселся на край помоста, свесив ноги и глядя на сад.
- Сколько у вас детей, мастер?
- Трое. Восемь внуков и уже девять правнуков, - сказал Энрим, предвидя следующий вопрос Мэррсеза.
- Удивительно.
- Да. Всю свою жизнь посвятить тому, чтобы убивать, и позже учить убивать других исфири, чтобы потом дать расцвести этой ветви жизни…
Мэррсез внимательно посмотрел на Энрима. Старый мастер был серьезен, но в его глазах и чертах лица играло все то же неизменное благодушие.
- У каждого живого существа есть свой вопрос жизни, молодой принц. Мой заключается именно в этом невероятном итоге.
Он разлил по чашкам душистый травяной чай, и они молча смотрели на сад. Мэррсез чувствовал такое расслабление и спокойствие, какое редко посещало его, особенно в последнее время. Кажется, он начинал понимать, отчего старый убийца поселился именно здесь, отгородился от всего мира забором и совсем не терзается своим прошлым. Энрим ни о чем не спрашивал, как и ожидал Мэррсез, а что до Нэри, то тот, кажется, превратился в изваяние.
- Почтенный.
Энрим отставил чашку в сторону, посмотрев на принца со спокойным вниманием.
- Я… не знаю, как поступить сейчас. Сомнения перевешивают все мои догадки и домыслы. Я чувствую, что должен что-то делать, но не могу… Не могу.
Энрим моргнул, размышляя над услышанным.
- Как мне быть, мастер?
- Нэри.
Мальчик обернулся на зов.
- Вон там я вижу молодой сорняк.
- Где?
- У самой кромки, вон, справа. Срежь его.
Мэррсез смотрел, как мальчик идет сперва к ящику с инструментами, а потом к едва приметному тонкому стеблю с массивным зеленым бутоном на верхушке, торчащему на самой границе того участка, когда буйная растительность переходит в ухоженную, разровненную площадку. Нэри, срезав стебель, поднял его над головой, показывая Энриму, и тот с улыбкой кивнул:
- Спасибо. Видишь? – он посмотрел на принца. – Не нужно задавать лишних вопросов. Твой разум – как этот сад, аэтас. Избавь его от сорняков.
- Но корень остался в земле.
- Да, - Энрим широко улыбнулся. – Но позже Нэри возьмет мотыгу и закончит с тем, что осталось в земле. Любую проблему нужно решать сейчас, пока она не разрослась в настоящую беду, аэтас.
Мэррсез молча смотрел в свою чашку. Все ли так просто?
«А все ли так сложно?»
Старик прав? Быть может, то, что происходит сейчас – лишь бледная тень перед грядущей катастрофой? Пока он прохлаждается и выполняет второстепенные поручения, с чистой совестью считая, что вносит вклад в общую победу над общим врагом, на самом деле он теряет время?
Энрим, безусловно, прав. В такое время, как это, нужно резать сорняки, не жалея ни о чем, чтобы позже не давать ни одного повода для того, чтобы упустить возможность предотвратить нечто больше.
Мэррсез закрыл глаза, медленно отставляя чашку.
«Не жалей ни о чем».
- Спасибо, - тихо проговорил он, не открывая глаз.
Они провели полчаса в неподвижном молчании, погруженные в собственные мысли. Не требовалось никаких слов, лишних расспросов, бессмысленных реплик. Каждый из них знал, для чего присутствует здесь и сейчас – и этого было вполне достаточно для проведения подобной встречи. Позже они вернулись на передний двор. Хиджери сидел на помосте спиной к ним, глядя, как перед прудом разворачивается игровой конфликт между Кейлом и еще одним мальчишкой.
- Спасибо за прием, мастер. Мне жаль, что вы отказались присоединиться к нам. Для меня было бы честью сражаться с вами плечом к плечу.
- Эти времена безвозвратно прошли, аэтас. Был рад тебя видеть.
Мэррсез поклонился в пояс, развернувшись, направился в дверям в воротах. Хиджери, поспешно вскочив и поклонившись Энриму, отправился следом. Мэррсез чувствовал себя странно – на душе стало легче, но темная тень неведения все еще висела над ним. Словно бы над ним взошло солнце в то время, как на груди все туже сжимался тяжелый обруч.

Южные окраины Аирита

Мэррсез сказал Хиджери идти вперед, не дожидаясь его. Рыцарь подчинился, и хотя в этот момент принц не смотрел на него, он мог представить, что на лице Хиджери отобразилось сомнение в правильности подобной идеи.
Мэррсез направился следом, двигаясь на этот раз еще медленнее. Он был полностью поглощен своими мыслями.
Стоит ли ему пересмотреть все еще раз? Подумать над тем, что будет дальше, если он продолжит терять время и упускать возможности поставить если не точку, то хотя бы наметить место, где она будет поставлена. Не жалеть ни о чем – это прекрасно, но что, если он зайдет слишком далеко? Мэррсез не сомневался в том, что удержаться на краю дозволенного и не переступить запретную черту ему будет крайне сложно. И если он по-настоящему начнет действовать, то навряд ли успокоится.
Мэррсез, остановившись на тропе, ведущей прочь от дома Энрима, обернулся назад. Он и вправду желает сделать именно то, что нужно было сделать еще три недели назад? Сбросить все сомнения, все печали, чтобы двигаться дальше без оглядки, без сожалений. Принести в жертву нечто большее, чем просто время.
Мэррсез отвернулся, зашагав в сторону лужайки чуть быстрее. Сейчас он думал только о том, что есть ли в библиотеке «Серафима» учебник по кристаллографии, или хотя бы по физике твердых тел. Перед тем, как начать аккуратно и бережно готовить свой план, начать нужно было именно с этого.

«Серафим», окраины Аирита
Кают-компания


Принц неподвижно сидел на диване, наклонившись вперед и спрятав лицо в ладонях. Он чувствовал, как от тишины, нарушаемой лишь тиканьем стрелок на массивных часах, стоящих на одном из столиков, у него начинает болеть голова, но Мэррсез понимал, что основным источником головной боли является лишь его мысли, роящиеся вокруг новой проблемы.
Прошло полтора часа с момента возвращения принца на борт «Серафима». Большую часть этого времени Мэррсез провел здесь, в кресле кают-компании, перед учебным пособием по физике твердых тел. Кристаллам в книге уделялось не так уж и мало, но информация была крайне поверхностной, не рассчитанной на более глубокое изучение, и принц не видел в ней ключа к разрешению выбранной им проблемы.
Мэррсез и раньше увлекался химией и физикой, но сейчас не видел в своих познаниях ровным счетом ничего полезного. Стоит ли и говорить о том, что выбранная задача достаточно сложна и необычна даже для настоящих ученых Сфирии? Научится разрушать кристаллы Элмри… Это, пожалуй, будет его главной целью на ближайшее время. Мэррсез уже определился – очень скоро он вернется в Дикие Земли, чтобы действовать на этот раз уже куда более решительно. Его разведка затянулась, и если он будет продолжать в том же духе, есть очень большая вероятность того, что повлиять на ход развивающихся событий он не сумеет и не успеет.
«Это правда так необходимо?»
Возможно, нет. Наверное, было бы вообще куда лучше, если бы Мэррсез не обременял себя подобными идеями, и спокойно коротал время в Керхе. Однако принц видел в этом нечто неправильное, понимая, что не сможет просто так отвернутся от развивающихся событий, лелея надежду и успокаивая себя, что происходящее за его спиной его никак не касается и никогда не коснется, равно как и думая только о том, что все рано или поздно закончится хорошо.
Если он найдет способ разрушать кристаллы, сделать то, что раньше никогда никто не предпринимал, возможно, он сумеет направить все остальные силы королевства именно по этому пути, сделав первый шаг самостоятельно. Один он ничего не добьется – победить такую угрозу можно лишь только вместе с теми внутренними силами, которые, возможно, вообще против Мэррсеза.
Принц так и не закончил свою старую миссию. Впрочем, до этого оставался сущий пустяк. Нужно было лишь написать письмо королеве, и передать его вместе с отобранными документами во дворец, отправив вестового из десантников «Ржавого». Мэррсезу было не до писем таким персонам, как королева, над написанием которого еще нужно было как следует подумать, чтобы не сболтнуть чего лишнего.
«Итак, я возвращаюсь в Дикие Земли. На этот раз мы посмотрим, что там происходит, и будет крайне досадно, если мы сейчас не сможем найти способ устранения главной угрозы этого региона».
В кают-компанию вошли комтур Джино и Мэллет – рыцарь с «Откровения», которого Мэррсез пригласил на совет. До вступления в Орден Мэллет увлекался химией и физикой, имел обширные связи со многими учеными по всей стране. В одном образе этого высокого исфири с короткими бледно-сиреневыми волосами и умными проницательными глазами сквозило нечто уверенное в собственных силах и познаниях.
Герцог и Мэллет молча уселись в кресла напротив принца, и Мэррсез взглянул на них, думая о том, что навряд ли они так быстро смогут найти правильный путь к разрешению главного вопроса.
«Лучше попытаться».
- Мы собрались здесь, господа, чтобы обсудить один важный вопрос. Он напрямую касается природы кристаллов, которые использует Элмри, равно как и определения наших дальнейших целей.
Мэллет откинулся на спинку кресла, закидывая ногу на ногу и сплетая пальцы на колене:
- Я правильно вас понимаю, аэтас, что мы займемся поиском… способов уничтожения именно этой угрозы?
- Да, сэр Мэллет, именно так.
- Боюсь, мы слишком мало знаем о черных кристаллах Элмри.
- Но мы знаем, что он использует кристаллы, и это ничуть не мешает нам выбрать слабые места из того, что мы знаем об этих твердых телах вообще.
- Хм, чтобы научится эффективно и быстро разрушать кристаллы, нам потребуется довольно много времени и ресурсов. Я размышлял об этом и лично я не вижу иного другого способа, кроме как расплавлять их в одной большой печи под большим давлением.
- Я так же думал об этом. Но не о печи, а большом котле, наполненном расплавленном металлом, температура которого постоянно поддерживается на значительном расстоянии. Вокруг подобного агрегата вообще не должно находится ни одной живой души, и он должен находится в удаленном от населенных пунктов местах, под хорошей охраной. Собранные кристаллы при помощи воздушного транспорта доставлялись бы к подобному котлу специальными удлиненными захватами и топились бы в металле, но не сразу, а постепенно нагреваясь на высоте определенное время. В теории, кристаллическая структура уничтожалась бы вместе с самим кристаллом, он бы быстро терял свои опасные качества и растворялся бы без следа. Я согласен с вами, сэр Мэллет, что подобная задумка с огромным котлом или печью наиболее эффективный способ уничтожения угрозы кристаллов, но увы, она чересчур дорога и ее полная реализация займет довольно много времени.
- Проблему распространения Черного Камня нужно решать сейчас, - согласился Джино.
- Быть может, химическая реакция?
Мэррсез вопросительно посмотрел на Мэллета.
- Например, сильнодействующая кислота, - пояснил он. – Достаточно сильная, чтобы за относительно короткий срок растворить кристалл. Сами Черные Камни вовсе не обязательно топить в ней, а будет достаточно лишь облить, находясь на значительном расстоянии от самой цели.
- Мне кажется это неплохой идеей, - проговорил герцог. – Но меня терзают некоторые сомнения, найдутся ли в нашем королевстве необходимые компоненты для создания кислоты такой концентрации, которую можно было без риска для жизни доставить к месту подобного… «орошения». У нас нет средств для транспортировки подобного опасного груза, который растворял бы одну из самых твердых форм в природе, но при этом надежно сохранялся в какой-либо емкости на время перевозки.
Мэллет призадумался.
- Быть может, лучше подумать над способом… механического разрушения кристаллов? – неуверенно спросил Джино.
- Нет, Ваша Светлость, нашей первостепенной задачей является не физическое уничтожение, в первую очередь необходимо ликвидировать угрозу, исходящую из самого кристалла, подавить и остановить его рост и погасить его опасное излучение, воздействующее на организмы. Как это можно сделать? – Мэррсез слегка развел руками, глядя в раскрытый учебник перед собой. – Как мне кажется, действенным способом может оказаться определенное воздействие на кристаллическую решетку. Воздействие, которое внешне не причинит кристаллу вреда, но превратит его в стекло или камень, лишив его всех свойств.
- Раз так… Тогда как насчет звука, аэтас?
Мэррсез и Джино уставились на Мэллета.
- Звук, господа. Громкий звук никак не может положительно влиять на что-либо, пусть это даже бездушный предмет.
- Продолжайте, - кивнул Мэррсез.
- Несколько десятков лет назад я был свидетелем довольно необычного эксперимента, - медленно проговорил рыцарь. – Довольно безобидного, как могло показаться сперва. В общем, не вдаваясь в подробности: исключительно громкий источник звука, находящийся поблизости с кристаллом, будет способен разрушить внутренние связи на атомарном уровне. Кристаллическая решетка претерпит сильнейшее воздействие на свою структуру, и вполне вероятно, что есть все шансы получить то, о чем вы только что говорили, аэтас – всего лишь «стекло», лишенное какой-либо внутренней энергии. Но, повторюсь, если источник звука будет исключительно мощным, и располагаться он будет очень близко к намеченной цели.
Мэррсезу показалось, будто он ухватился за спасительную нить. Принц слепо уставился перед собой беспокойным взглядом:
- Так. Хорошо. Как мы можем получить достаточно громкий звук направленного воздействия?
- Сирена? – предположил Джино.
- В принципе, да, - медленно проговорил Мэллет, и, судя по его отстраненному взгляду, Мэррсез пришел к выводу, что рыцарь погружен в собственные размышления довольно глубоко.
- То есть, использовать звуковой излучатель направленной достаточной мощности, чтобы эффективно воздействовать на твердые тела но при этом умудряясь сохранять собственный слух? – Мэррсез нетерпеливо побарабанил пальцами по столешнице. - Хм, ну ладно… Как насчет акустического удара?
- Ударная волна?
- Примерно, но более мощной, во много и много крат. Проще говоря, - Мэррсез поднялся с места, охваченный легким волнением и стараясь не отпустить свою мысль во что бы то ни стало. – Проще говоря, - повторил он. – Это будет химический взрыв, но его мощь и поражающий фактор будет заключены не в световом ударе или количестве осколков, и даже не в освободившейся энергии, а исключительно в силе звука.
- Кейон, - уверенно сказал Мэллет. – Жидкий компонент, используется в металлургии и химической промышленности. Одним из его качеств является повышенный уровень детонации, и главными особенностями являются быстрота горения и необычайно громкий звук, как побочный эффект этого самого горения и химической реакции, которая протекает в считанные секунды.
- Насколько мощным будет звук?
Мэллет бросил взгляд себе под ноги:
- Зависит от количества сгораемого материала. Я мог бы вывести несколько формул и сказать точно, но мне потребуется время, однако, уже сейчас я могу привести пример, что около шестидесяти лет назад на одном из металлургических заводов произошел несчастный случай. Емкость с кейоном, около двадцати литров, взорвалась в результате нарушения техники безопасности, что привело к значительным разрушениям нескольких цехов завода. Погибло более пятидесяти рабочих, почти все умерли от звуковой волны. Все остальные, кто находился внутри сооружения, получили тяжелые травмы, в основном потеряли слух.
«Так, вот оно. Взрыв, главной особенностью которого является звуковой удар».
- Этот кейон используется в качестве оружия? – спросил Джино.
- Насколько я знаю, нет, - покачал головой Мэррсез. – И, кажется, понимаю, почему. Оружие подобного рода может считаться запрещенным в виду его разрушительных качеств.
- Да, я тоже не слышал, чтобы кейон использовался в военных целях, - добавил Мэллет. – Его применение до сих пор ограничивалось промышленностью, это было куда важнее, чем создание столь разрушительного оружия... да и еще столь необычного.
- Хм… - принц задумчиво смотрел на Мэллета. – А ведь это идея… Стало быть, если у нас будет достаточно много кейона, на его основе мы сможем создать оружие для разрушения кристаллов.
- Да, это может сработать, - проговорил Мэллет. – Дайте мне время, и смогу до конца сформировать идею о том, как будет выглядеть и действовать подобное оружие.
Джино усмехнулся, взглянув на принца:
- Звуковая бомба.
- Да, именно, сэр Джино. Бомба, которая будет поражать неживые цели мощным звуком.
«И почему собственно, только неживые?»
- Кейон взрывается от открытого огня, аэтас. Мы можем скомбинировать обычные бомбы с емкостями, наполненными кейоном. Взрыв самой бомбы и высвободившаяся энергия послужат катализатором для начала химической реакции.
- Вы сможете собрать такую штуку, сэр Мэллет?
- Не вижу здесь ничего сложного, - рыцарь пожал плечами. – Дайте мне нескольких специалистов и десяток рабочих. За несколько часов можно уложиться, если, конечно, у нас будут все необходимые компоненты. И все же, думаю, до начала работы нам будет необходима консультация хорошего специалиста по кристаллам, аэтас, - добавил Мэллет. – Я пока лишь могу сказать, что мне нравится подобная задумка, но я не уверен до конца, так как не являюсь исследователем.
Мэррсез, стоящий у большого иллюминатора, обернулся к рыцарям:
- Хорошо. Это можно устроить. Где мы можем взять достаточное количество кейона?
- В любом большом городе. Нам так же потребуется место для сборки подобного оружия, желательно закрытое.
- В Асгарде мы бы могли найти и кейон, и место для сборки, и специалиста по кристаллографии, - сказал Джино.
Мэррсез молчал. Идея возвращения в Асгард ему не казалась такой уж хорошей, но, кажется, и Джино и Мэллет правы. Если он и вправду хочет попытаться использовать подобную задумку в деле, то здесь придется пойти на определенные потери во времени. Возвращение в Асгард совсем не входило в его планы.
«Однако они правы. Будет глупо упустить такую возможность, да и порт Асгарда будет идеальным местом для проведения подобных работ».
- Благодарю, джентльмены. Мы возвращаемся в Асгард.
«Кажется, очень скоро мы займемся настоящей работой».
Препятствий было еще предостаточно, но это не смущало Мэррсеза. Думая о предстоящем вояже на восток, он вспоминал старого мастера меча, и те мысли, которые пришли в его голову во время их встречи. Он мысленно повторял их вновь и вновь, словно молитву, чтобы быть уверенным в том, что не усомнится в их правдивости.
«Не жалей ни о чем».

==>Асгард - Воздушный порт
Исправил(а) Мэррсез - Четверг, 02 Июнь 2011, 18:24
 
ФРПГ Золотые Сады » Архивы » Хроники локационной игры » Поселение Аирит - пригород (Располагается у берега реки, западнее Юуна.)
Страница 1 из 11
Поиск:
Чат и обновленные темы

  • Цепляясь за струны (21 | Марк)
  • Абигайль Брукс (0 | Эбби)
  • Девушка с краской (17 | Марк)
  • Грязные руки (4 | Марк)
  • Дурацкие принципы (4 | Марк)
  • Давно не виделись, засранец (43 | Марк)
  • Скандальная премьера (5 | Эфсар)
  • Ингрид Дейвис (1 | Автор)
  • Хроники игры (2 | Автор)
  • Разговоры и краска (1 | Марк)
  • Бередя душу (3 | Марк)
  • Сердце картины (0 | Эстебан)
  • Я назову тебя Моной (29 | Джейлан)
  • Осколки нашей жизни (5 | Марк)
  • Резхен Эрлезен-Лебхафт (1 | Автор)
  • Первая и последняя просьба (4 | Марк)
  • Эль Ррейз (18 | Автор)
  • Задохнись болью, Вьера (2 | Марк)
  • Ты любишь страдания, Инструктор? (5 | Марк)